Поехали отдыхать на реку с дочерью. Чего ей, никого нет. С бывшим мужем даже детей не завели. Птица вольная, гуляй-не хочу! А надо сказать, что с детства привыкла она к папе, привыкла его не стеснятся. лет до восемнадцати все спинку ей в ванне мыл. Да и сейчас, как в дом вернулась, нет-нет, да позовет. Только вот если раньше была она для меня просто доченькой, то теперь стал глядеть на нее как на бабу. Ну и мысли пошли соответствующие. Ходит по квартире в одной маечке, даже трусы не наденет. Сядет, ногу под себя подвернет, все и наголо. А папе хоть дрочить беги. Блудила в голове мыслишка завалить ее, да дочь же. А тут на отдыхе, да вдвоем. А она, стерва, хоть и дочь, не стесняясь купальник переодевает, вечером в кустике помочиться надо сбегать-папу зовет. даже подмыться одна не ходит. Сторожить ее надо. Кто украдет-то? Правда отдыхала рядом компания: муж с женой, ребятишки, еще с ними бабенка какая-то. Вот и положил я глаз на ту бабенку. Чем черт не шутит, вдруг даст. А она глазки строит, а пизду прячет. Который день без бабы. Вот и мучаюсь. Сидели вечерком с соседями у костерка. Душевно выпивали, разговоры вели разные. Баба его погнала детишек в палатку спать, поздно уже. вскоре и мужик уполз, отяжелел. Остались я, дочь и эта бабенка, что глазки мне строила. И уломала она меня пойти искупаться. вода, говорит, что молоко парное. Да когда она его пила? Уж и вкус забыла. Дочь отказалась, спать собралась, так что пошли вдвоем. А эта шленда говорит, что не хочется ей купальник мочить, что если я не против, она голышом искупается, никого посторонних нет. Я, значит, не посторонний, свой, значит. Или не мужик уже. Я, знамо дело, не против, я полностью за. Зашла она за кустик, разделась. А какой там кустик? Вроде рядом растительности другой нет. А этот ей и задницу не прикрыл, вон как заблестела. Прожектор слабее светит. И меня торопит, мол, чего встал, раздевайся да смело за мной. Ну и я трусы снял, на кустик повесил. А она уж к реке бежит, задницей сверкает. Ну и я занырнул вслед за ней. Накупались. В воде раз несколько ухватил ее за титьки - письки, вроде как в догонялки играли, что твои детишки. А когда из воды выходили, споткнулась она, ойкнула, ну а я-то рыцарь, ити его мать, подхватил ее. Она за шею уцепилась и на руках у меня обвисла. Пробовали бабу мокрую из реки тащить? Вот и не пробуйте. Выскальзывает, того и гляди уроню. Но донес до травки, положил, стал ногу смотреть. Вроде как ничего и нет. Очухался, когда уже пизду ее ощупывал на предмет повреждений. А она лежит , губенку закусила, вздрагивает. Ну и проверил я все, что положено. Навалился, целовать начал, титьки мять. Стонет, сама просит взять ее. Культурная. Сказала бы просто: Ебаться хочу! Раз женщина просит, надодать. Ну и дал. Елда-то у меня та еще, бабы в восторге. Засадил, ебу. Что-то, чувствую, не так. Огляделся, а из-за кустиков доченька следит, как ее папенька тетку дрючит. Повернулась и пошла. Наеблись, помылись в реченьке,оделись и к палаткам. По дороге, хоть идти пару шагов, обнимались, что детишки, целовались. Пожелал спокойной ночи и к себе в палатку. Дочь сопит, спит значит. Только сопит неестественно. Осуждаешь, спрашиваю. А ты сама подумай: я мужик в силе, мне бабу надо, да ты еще тут голой
Брат и я