У меня столько нет. Горестно вздохнув, тот протянул помятую пачку купюр. И где они взялись на его голову. Раздетые члены комиссии представляли собой довольно жалкое и унылое зрелище. Обвисшие, женоподобные груди, животы и сморщенные признаки того, что называется в миру мужским достоинством. Только майор-особист имел более-менее нормальный вид. Он и был помоложе своих товарищей. Распарившись в сауне, все шестеро расположились в комнате отдыха, за широким дубовым столом. Две большие горки крупных раков возвышались на нем, оттененные целой батареей запотевшего «Туборга». - А десерт сегодня будет? – снова поднял вопрос неугомонный особист. - Девочку хочу, - икнул один из проверяющих, макая губы в пышную шапку пивной пены. Через несколько минут стараниями замполита в комнате появилось четверо довольно смазливых девчонок. Двое из них кутались в банные простыни, очевидно, только что закончив «работу» в соседнем номере, двое других были едва прикрыты нехитрой одеждой. - Иди-ка сюда, крошка, - поманил к себе особист маленькую крашеную блондинку. Та привычно уселась на голые ноги майора, обняла его рукой за шею. Стянув с нее короткую майку, представитель особого отдела припал пивными губами к торчащей маленькой груди. Затем, обсыпав сосок солью, он лизнул его, запил пивом. Это развеселило собравшихся. Валентин Иванович потянул к себе одну из девиц, прикрытой простыней. От резкого движения, та соскользнула на пол, оставив девицу в чем мать родила. - Р-р-рака хочешь? – едва вымолвил полковник, мацая жирными руками девичье бедро. - Можно и раком, - не поняла его девица, поворачиваясь к нему спиной и выставляя пухлый зад. Валентин Иванович ухватил с подноса большого рака и ткнул клешней в румяную ягодицу. Девица взвизгнула, мужчины весело заржали. Даже Семен Маркович, самый старый из всех, не утерпел и усадил на себя верхом смуглую высокую девушку. Сунув руку ей между ног, он довольно закряхтел и попытался вставить в нее свой член, но из этого ничего не вышло. Тогда смуглянка опустилась на пол и принялась ублажать старика ярко накрашенным ртом. На столе, между тем, появились бутылки с водкой, закуска и гости набросились на угощение, как будто до этого не ели два дня. Пили сами, поили и девиц, откровенно лапая за интимные места. Особист скрылся со своей избранницей в парилке и вскоре оттуда послышались громкие крики и визг. Блондинка выскочила оттуда, как ошпаренная. - Мы так не договаривались, - кричала она, держась отчего-то за зад. - Что случилось? – попытался успокоить ее замполит. - Он меня в зад хотел трахнуть, - обиженно сопя носиком, выговорила она, – а я не по тем делам, да и такса там совсем другая. - Как хочешь, - зло бросил особист. – Других тогда давай, - обратился он, теперь уже к опешившему от такой наглости, замполиту. - Давай, давай! Еще парочку закажи, - ткнул его в бок начальник, отрываясь от смуглой груди, сидящей у него на коленях девицы. Василий Васильевич восьмой год служил в должности замполита части и ему до смерти надоели все эти комиссии, проверяющие, банкеты, сауны и все прочее. И во всех мероприятиях ему приходилось участвовать – должность такая. Делать было нечего. Приказ начальника – закон для подчиненного. Когда он вернулся в сопровождении целых трех новых девиц, то
Маша и Паша. Часть 1