туалета.На утро, позавтракав, мы отправились дальше. Мила вела себя так, словно ничего и не происходило. Мы ехали в машине и слушали какое-то бездарное радио. Она вытащила из рюкзака наушники и начала слушать свою музыку. Под предлогом послушать что-нибудь нормальное тоже, я подсел к ней и спросил, не обиделась ли она. Она сказала, что нет и надела на меня на ушники, сказав: "послушай". В плейере гремела хорошая гитарная музыка и я лишний раз понял, что Мила была не дура. Наушники были пальчиковые, поэтому один она засунула себе в ухо, а другой отдала мне. Она шепнула, чтобы я вышел позвонить. Я решил не вникать, зачем ей это надо было, тем более ее папаша поглядывал на нас в зеркало. Через некоторое время я попросил его остановиться, когда мы проезжали одинокую телефонную будку, и вышел из машины. Войдя внутрь, я снял трубку, но гудков там не было. Я хотел уже было идти обратно, но увидел через мутное стекло приближавшуюся Милу. Она вошла в будку и встала рядом. Я любовался ее красивым лицом с пухловатыми губами; ветер раздувал ее волосы. Мила сказала:- Хочешь, я у тебя пососу?- :Да! - не успев подумать, сказал я.Она встала на колени. Я опять почувствовал свой прибор в ее горячем влажном рту. Пухленькими губками она любовно обсасывала каждую складку, и я удивлялся ее опыту: откуда он, если еще вчера она была девственницей! Фонтан спермы брызнул ей в лицо. Она слизала остатки с губ и вытерла рукой то, что попало ей на щеки и волосы. Я был счастлив, она была счастлива, мы как обычно ублажили друг друга"Как-то он застал Милу в одном из номеров гостиницы, делающую минет какому-то темноволосому типу. Мила: "Гир удивительно напоминал Джея, моего бывшего парня. Я просто не могла ему отказать, я не могла отказать Джею, после того, что мы вместе пережили" Это была давняя история. Мила и Джей познакомились на кинопробах, впрочем, это не важно. Они сразу же стали любовниками, хотя, поначалу вели себя достаточно холодно по отношению друг к другу. Это был огонь и вода, Джей не был по натуре грубым, он был грубым с Милой в постели. После разрыва с Джеем и встречей с Джоном: "Я не могу сказать, что больше возбуждало меня, сексуальная грубость Джея или мягкость Джона. От Джея всегда пахло сигаретами; его руки, которые били меня по лицу, когда их хозяин трахал меня, постоянно отдавали куревом. Он не бил меня кулаками, он просто бил меня по лицу и заднице руками, он обращался со мной как со шлюхой, которой не следовало становиться такой, но я точно знаю, что никто так не любил меня, как он. Его просто возбуждало то, что он унижал меня в постели. А я наоборот унижала его в жизни. Нет, не потому, что я хотела отомстить ему, просто у меня есть характер и всегда свое мнение и издавна сложившиеся принципы, которые я не собиралась менять ни ради кого. Если, например, я сделаю Джею минет, он даст мне пощечину, как бы говоря, что я шлюха, что я опустилась. Если он был слишком груб со мной, наутро он просил прощения, и я всегда прощала ему, потому что любила. Признаться, то, что он со мной делал, возбуждало меня чуть ли не больше, чем его самого. Мне нравилось чувствовать себя швалью в его постели. Мне нравилось доставлять ему удовольствие" На самом деле, Джон и Джей отличались друг от друга только внешностью, они оба были
Вальриса. Компромисс (часть 2)