до этого. Вдруг жар ее рта окатил меня. Я куда-то проваливался, то ли в ад, то ли в рай. Ничего не соображая, я скинул вниз ноги, обхватил ими ее тело, руками вцепился ей в голову и начал буквально нанизывать ее на себя. И тут вошел Георг.Нина резко отпрянула, села на противоположный диван и отвернулась к окну. Георгий разинул рот, выпучил глаза и яростно переводил их с Нины на мою раскаленную плоть и обратно. Наконец он выдавил: - Так! Значит, вот так! - он помолчал, а потом сдавленно произнес: - Иди сюда, сука! Быстро закрыв дверь на засов, он сильно дернул Нину к себе, схватил сзади за волосы, поставил перед моей опавшей от ужаса плотью.- Ну, показывай, на что ты способна при мне! - он ткнул ее лицом мне в пах. - Оближи ему яйца! Умойся спермой! - он продолжал яростно вжимать ее в меня. - Я тебе говорю, соси!На Нину страшно было смотреть. Не поднимая глаз, она вобрала мой опавший член губами и медленно и робко подалась вперед, потом назад. Георг стал регулировать темп ее движений, не отпуская волос. Я был в полуобморочном состоянии и явно ни на что не способен. Я сидел все в той же дурацкой позе со свешенными ногами и с ужасом глядел то на Георга, не обращающего на меня внимания, то на Нину. Я был уверен, что все ее усилия напрасны, но постепенно она все меньше внимания обращала на Георга, и все больше чувств вкладывала в наше с ней общение. Результат не заставил себя ждать: моя плоть напряглась, набухла, я уже не помещался у нее во рту, но Нина все же сумела поглотить меня всего. Дикость ситуации как бы раздвоила меня: глаза в страхе косили на Георга, а все остальное рвалось к Нине со всем пылом юношеской страсти.- Он меня сейчас убьет! Он нас обоих убьет! Господи, пропади все пропадом, будь, что будет!А Нина все убыстряла темп. Глаза оставались закрытыми, дыхание стало прерывистым. Георг уже отпустил ее волосы и жадно следил за развитием процесса. Я тоже закрыл глаза. Знакомые позывы родились где-то внизу живота, я пытался подаваться вперед навстречу движениям Нины. В этот момент Георг выхватил у нее мой член, обхватил его рукой, а Нинину голову ткнул в мои яички. Она обхватила их губами, вобрала в себя, и стала жадно обрабатывать языком. То ли жар ее рта, то ли дополнительные усилия Георга, приблизили неминуемую развязку. Я вскрикнул, забился в руке Георга, судорожно вцепился Нине в волосы, и неудержимый поток горячей влаги затопил ее прекрасное лицо. Мы все тяжело дышали. Нина вытиралась полотенцем, я тупо уставился в пол и ждал развязки. Георг тихо сказал: - Пошла вон! Нина быстро выскользнула из купе, и дверь захлопнулась. Мы остались одни. Я подумал: - Теперь он меня непременно убьет! Ужас буквально парализовал меня и справиться со мной было не трудно.- Значит, щенок, ты считаешь, что можешь трахать в рот чужих жен? - в его тихом зловещем голосе нарастало напряжение. - Ты уверен, сосунок, что это тебе сойдет, останется безнаказанным? - его глаза сверлили меня насквозь. Я и до этого был в параличе, а его слова и облик буквально вогнали меня в шок. Он схватил меня в охапку и бросил животом на нижнее сидение. - Сейчас забьет меня ремнем! - я сжался и вдавился в матрас. Бежать я не мог, сопротивляться ему было бесполезно, да и не в том
Красавица и чудовище