по вине машинистки вкралась опечатка или была допущена одна грамматическая ошибка. А своих молоденьких секретарш она обычно вызывала к себе в кабинет и унижала их, заставляя рассказывать интимные подробности жизни девушки с ее молодым человеком. Неудивительно, что в компании Шолпан Дамировны была очень высокая текучка кадров. - Ну, в чем дело, блевоглотательница! - Нинка с нетерпением ожидала, когда дама начнет удовлетворять ее своим язычком, - И обмажь язык слюной! Чтобы мне не было жестко! Дама подползла на коленях к Нинке, увлажнила язык слюной и осторожно прикоснулась его розовым влажным кончиком к клитору бандитки.. Нинка довольно застонала, а Верка прижала лицо дамы к промежности соучастницы. Шолпан Дамировна почувствовала солоноватый запах половых органов. Клитор Нинки уже достаточно высунулся из складок половых губ и дама, нащупав языком твердую головку клитора, стала тщательно его массировать. - О! О! О! Какая ты классная! Давай еще мягче! Вот так вот, чуть вверх. О!О!О! - стонала Нинка. Когда Нинка, разомлевшая от сильного оргазма, сползла с матраца, ее место заняли сначала Оксанка, а потом и Верка. После такого унижения, Шолпан Дамировна надеялась, что уголовницы оставят ее в покое. Но беспомощный и жалкий вид совсем недавно такой высокомерной и надменной, а теперь покорной и сломленной, красивой молодой дамы, только сильнее возбудил похоть бандиток. - Вы будете пытать меня! – пролепетала госпожа Ишкимова, когда Оксанка и Верка растянули ее на матраце. Нинка присела на корточки перед обнаженной, в одних длинных панталонах, дамой, руки которой по-прежнему стягивала за спиной липкая лента скотча. - Ну что ты, сладенькая наша, мы только опустим тебя пару раз и все! Не бойся нас! Тебе, наверное, тоже будет приятно! – издевалась Нинка над беззащитной пленницей. «Хоть бы я потеряла сознание, чтобы не чувствовать и не видеть все это!»
Я ? раб