Категории: Гомосексуалы
Добавлен: 18.05.2018 в 13:26
пропали даром - спустившиеся сумерки окутали сосновый бор и заглушили дневные звуки. Озерный бриз, утомившийся за день, ус-тупил место зеркальному штилю и, приземлившись на деревья, превратился в мно-жество ручейков прохладного воздуха. Эти ручейки хаотично растекались по всему лесу, заставляя ёжиться пробиравшегося сквозь чащу мальчика каждый раз, когда он попадал в струю прохладного воздуха. Его футболка, ослепительно белая на фо-не серых сумерек, плохо спасала от вечерней прохлады. Когда Ваня выбрался, на-конец, из чащи на берег озера, ночь окончательно вступила в свои права. Место, куда пришел Ваня, было известно не многим. Крошечная полянка на берегу озера, покрытая мягким мхом и окруженная со стороны леса плотным строем сосен и осин, кустарником и доисторическим папоротником, служила секретным пляжем. Она была изолирована от окружающего мира своей труднодоступностью. В то же время, неизвестно кем построенные деревянные мостки, скользкие от времени и воды, словно маслята, давали возможность пройти вперед метров на пять и уви-деть, что происходит на озере. Слева по берегу, метрах в 300-400стах были понто-ны пионерского лагеря. Примерно на таком же расстоянии, но справа, располагался пляж турбазы "Строитель". Прямо посредине поляны росла большая осина. Она тя-нулась не вверх, как положено нормальному дереву, а под острым углом, словно Пизанская башня. Это давало возможность облокотиться на нее "уставшему путни-ку". Кроме того, дерево выдавалось далеко за кромку берега и прикрывала мостки так, что их не было видно со стороны озера. (Впрочем, у осины было еще одно предназначение. О нем узнавали некоторые неосторожные пионеры, которые под-давались на уговоры сплавать наперегонки на секретный пляж :) ).Этой ночью на озере было на удивление тихо - и пионерские понтоны, и тур-базовский пляж были погружены в молчаливый полумрак. Темная линия противопо-ложного берега еще хранила бардовые оттенки недавнего заката, а лунный свет уже гнал по воде, словно пастух стадо барашков, - сверкающую рябь. Стрекот сверчков смешивался с уханьем далекой совы, гулом пролетающего где-то высоко-высоко самолета и мерными глухими ударами покачивающихся в воде коряг. Эти звуки пе-реплетались с ночными запахами - привкусом дыма далекого костерка, запахом озерной воды, запахом темноты, сильно отдававшим хвоей, и чем-то еще - непо-нятным, дезориентирующим и возбуждающим, словно легкий наркотик. Ваня вышел на мостки и, подставив лицо лунному свету, жадно вдыхал эти запахи. Они действовали на него довольно странно - с одной стороны, он как будто приближался к ярко сверкающим звездам и растворялся в окружающей его Вселен-ной, с другой стороны - все острее чувствовал бурное движение в своем теле: ноч-ные запахи, попав в нос, резко проваливались в живот, создавая в нем ощутимый холодок. Этот холодок, смешиваясь с каким-то зудом, перемещался ниже. Ощуще-ние было настолько сильное, что Ваня даже схватился за член и несколько раз сильно сжал его.- Не ночь, а наваждение, - прошептал он - cтою словно посреди космоса, не хватает только инопланетян...Его шепот быстро потонул среди озерных звуков, кото-рыми ночь баюкала свои владения. Шум давно улетевшего самолета настойчиво вибрировал в ушах, а удары коряг о берег постепенно заглушали мысли: "Бум :, бум :, бум :, спи :, спи :., спи :" - Эй! Очнись! Быстро! - мысль, вспыхнувшая молнией и пронзившая острой иголкой мозг, причиняя ему неимоверную боль, кричала об опасности. Ваня хлопал глазами, пытаясь сообразить - откуда взялась стекающая по его коленям вода. В ушах стоял грохот, вызванный громким всплеском воды. Ваня бросил взгляд вниз и ...застыл с открытом ртом - прямо перед ним, по пояс в воде, был только что выныр-нувший парень лет восемнадцати-девятнадцати.
Десять писем. Часть I. Письмо первое