Категории: Гомосексуалы
Добавлен: 18.05.2018 в 13:26
город. Он тебя умочит. Завтра последний срок". "Знаю!" - огрызнулся Антон. Тут он резко встал и уверенно направился в другой конец вагона, к одиноко привалившемуся к окну полу-пьяному мужику. Все произошло как-то удивительно быстро. Они перебросились парой слов и тут Антоха присел перед мужиком. Я сразу все понял и отвернулся к окну. Мне до слез захотелось домой. Прошло где-то минут пять и я снова взглянул в сторону мужика. Он сидел с откинутой головой и закрытыми глазами. Антона не было видно из-за кресел. И вдруг я услышал, как Антон страшно заматерился. И тут же я успел увидеть, как мужик вскочил и с размаха врезал ему в челюсть. Антон отлетел в проход, но тут же снова вскочил и бросился на мужика. Не долго думая, мы рванулись с Гошкой на помощь. Началась жуткая свалка. Я с ходу повалил мужика на пол, подскочивший Гошка нещадно долбил мужику ногой в пах, а вконец озверевший Антон бил его ногами по лицу. Через пару минут мужик затих. Я в ужасе отпрянул назад, а Антоха деловито начал шарить у него по карманам. Ширинка у мужика была раскрыта и оттуда торчал окровавленный член. Меня стало тошнить и я побежал в тамбур. Гошка бросился за мной. В этот момент электричка притормозила у какой-то полуосвещенной пустой платформы и мы выскочили вон. За нами выпрыгнул Антон, сжимая в кулаке смятые купюры. Я перегнулся через перила и меня вырвало. Электричка медленно удалялась. Потом мы сидели на ступеньках платформы и Антоха рассказал, как он договорился с мужиком отсосать ему за десятку, и как мужик кончив, послал его на хуй. Антон пересчитал деньги. Оказалось всего сорок восемь рублей. Мы пошли ловить такси. На улице было пустынно и неуютно. Я брел по краю проезжей части, засунув руки глубоко в карманы и ежась от ночной прохлады. Антоха то и дело останавливался и вглядывался в темноту пустой улицы, матерясь в пол голоса. Так мы шли, наверное, целый час, пока навстречу нам не показалась машина. Антон бросился ей навстречу и замахал рукой. Машина притормозила, но водитель, разглядев трех подозрительных парней, снова дал газу и исчез в темноте. Мы сели на паребрик под фанарем и Антон снова стал пересчитывать деньги. И тут нам, похоже, впервые повезло. Из-за поворота выскочило такси и само остановилось напротив нас. Мы вскочили и полезли внутрь. Водила подозрительно нас разглядывал, пожевывая размякшую беломорину. Я уселся рядом и повернувшись к пацанам спросил: "Ну, и куда щас?" - "Давай к Пяти углам". Водила неприятно ухмыльнулся и произнес: "Четвертной будет". Я метнул быстрый взгляд на Антоху. "Давай, кати" - небрежно бросил он. Я отвернулся и закрыл глаза. Во рту было гадко и кисло. Под ложечкой что-то ныло и нещадно раскалывалась голова. Больше всего хотелось сейчас заснуть и проснуться в своей уютной постели. И уже не помнить этого вечера. Стереть его из памяти навсегда. Я приоткрыл глаза. Мимо мелькали незнакомые дома с потухшими окнами. Изредка светились убогие вывески магазинов. Я снова закрыл глаза и отрубился. Очнулся я от того, что меня трясли за плечо. Дверь машины была открыта, водила спокойно засовывал в карман мятый четвертной, а Антоха стоял у открытой двери такси и пытался привести меня в чувство. Я вылез и пошатываясь побрел за ним в какую-то подворотню. Гошка что-то нечленораздельно гундел, то и дело повторяя: "А может не надо? А? Может не стоит?" Мы прошли мимо помойных баков, заваленных гниющими отбросами, мимо каких-то набросанных досок
Сценка из жизни Алены