проталкивается как сквозь густое плотное масло, пока мои ятра, живот плотно не слипаются с худущим твёрдым её животиком, с её бёдрами .. Как на каком-то самодельном фото, поднимаю её ноги на свои плечи, наваливаюсь ещё глубже, кажется - до какого-то хруста, или это что-то раздавили? От движений шатается полка, падает тазик от печи, передо мной раскрытый рот, глаза - - целую рот, целую глаза, чувствую ногти впившиеся в мою спину. Движения. Рот что - то говорит: ничего не слышу. Только чувствую, как из глубины живота, от диафрагмы возникает волна, будто накатывает неудержимый чих, чих всем телом - а-а- а п-ч-хи!! !! Это не я, это мой конец разряжается там, подо мной, внутри. Разряжается до боли в головке, а отдачей, вверх, поднимается освобождение, радостный гимн и литавры ! Чувствую, как чьи-то ладошки гладят меня по спине - это вернулась убежавшая мыться девчонка, она уже обсохла и отогрелась в бане. Даю свободу Ленке - Ффу .. раздавил всю, а накончал-то - бля.я... ь! - Что выпить ничего? Всё сожрали б..ди? - Не, ещё флакошка есть! - Так ты сколько спи..дила? - Шесть штук! - Убьют ! - Не - а, там тётя Маша, у неё самогон. ничего не упомнят. Булькание одеколона, разведение его водой. - Мне не идёт .. - Нам больше достанется! Правда, Лен? Я отключаюсь под их оживлённый щебет. Успеваю спросить, чего Ленка к бочке не побежала, слышу в ответ, мол, ей- то зачем, её же сосватали, всё равно к ней парень ходит. А мне вот нель- зя-я. Это нельзя-я завершается поцелуем, переходящим в глубокий поцелуй. С удивлением обнаруживаю себя вновь полным желания и возможности. Ленка лежит и храпит на лавке. Поэтому девчоночка стоит упираясь коленками и головой в щелястый пол бани .., в промежутках успевает спросить, - а Ленка не соврала, что ты её в жопу целовал до-о-лго - до-о-лго? В этот раз я выматываюсь до бесчувствия, сваливаюсь на пол, и она рядом, ни куда не убегает. Так нас застаёт рассвет. Натягиваем на себя высохшие, изрядно подсевшие робы, сгребаем пустую посуду, ополаскиваем остатками воды обоссанный пол бани, разбегаемся по кустам бурьяна ( девочки налево, мальчики на право). Много лет спустя вдруг соображаю, что не видел в деревне ни газетки, ни книжки - только бригадирские тетради с записями выработки. Летом - листочком, пучком травки. А зимой-то чем? Природа, мать её! Что естественно, - то не безобразно, а в чём-то, даже, волнующе. Романтика!
Коротенький рассказик из жизни. ?1