приходить в себя. Тут только она осознала нелепость произошедшего. Ее начало трясти. Она вытащила трусики изо рта и внимательно рассмотрела себя в зеркале: осунувшееся, но разгоряченное лицо. Зато глаза сверкали. «Да-а, девушка, ты шлюха, наверное… без мужиков уже не можешь?, - спросила она сама себя, рассматривая сое отражение в зеркале. Она стала оправлять юбку, и тут в комнату вошел какой-то мужчина средних лет. Сначала он ошалело остановился и уставился на нее, потом, видно что-то поняв, покачал головой и вошел в кабинку. Марина почувствовала стыд и неприятный холодок под ложечкой. Он смотрел на нее, как на проститутку. Наверно и подумал, что она проститутка. Она, к тому же, продолжала держать в руках свои трусы. «Вот черт!», - бросила она. Быстро надела трусы и выбежала из мужского туалета. Уже в гостинице она, лежа на кровати и вспоминая свое приключение, сладко улыбнулась, потягиваясь. «Что ты девушка, творишь?» - задала она вопрос сама себе. Потом, прикрыв глаза, опять улыбнулась и сказала: «Ну, и ладно! Отдохнула, расслабилась – вот и все! Что тут такого? Многие так делают!
На заводе