уже никто не посмотрит. Мы оделись и вышли.- Ну, как, понравилось? – спросила меня Оля.- Очень. - Надька треплет, что ты Анечку всю дорогу натирал. Сколько раз ты спустил-то сегодня? - Четыре или пять.- Хватит с тебя. Я хотела с тобой поласкаться, но это для тебя будет уже через край.- Ничего не через край.- Не спорь со старшими. Завтра ты меня на своей телеге повезешь в то отделение, а потом еще дальше, на почту. Захвати в телегу сена и одеяло, я буду спать, пока ты меня пилить будешь.- Ты не уснешь, ты так хорошо подмахиваешь.- Нравится? А Анечка хорошо подмахивает? Ну, чего ты? Не буду, это ваша тайна. А вот как Тоня тебе подмахивала, я видела. Очень красиво у вас это получалось. Тонька шикарная женщина. Чего она в колхоз поперлась? Не захотела бы, ее бы никто не послал.На следующий день я на телеге подъехал к клубу. Меня уже ждали Оля и Нина, ничем не примечательная блондинка лет тридцати из их бригады.- Привет, Сашок. Нина поедет с нами до отделения, она по своим делам, на обратном пути мы ее захватим. Сена набрал? Молодец. Садись, Нинок.Мы уселись и тронулись в путь. Я впереди, Оля за мной, а Нина сзади. Мы все были в брюках, сапогах и телогрейках. - Саш, дай-ка руку, - попросила Оля.Я протянул ей руку, и она сунула ее себе в ширинку. Я нащупал волосатый лобок, половые губы, полез пальцами в щель.- Ты тоже расстегни, я хочу поиграть на твоем инструменте.Я расстегнул ширинку и Оля, запустив туда свою руку, стала перебирать мои яички, двигать по стволу. - Ну, ты уже готов, я тоже намокла. Нинуль, порули лошадью, мы с Сашенькой делом займемся. Мы остановились, Нина села впереди, Оля сняла брюки и легла в телегу, а я без штанов устроился на ней. Телега тронулась, а я задвинул Оленьке по самые яйца и стал ее накачивать.- Как хорошо, и подмахивать не надо, телега сама прыгает, - философствовала Оля. Мы поочередно спустили. Проехали какое-то время, потом Оля предложила:- Нинок, давай я порулю, а ты сними штаны и ляг к Сашеньке пиздой, пусть он изучает женскую анатомию.Нина сняла сапоги и брюки и легла в телегу, широко расставив согнутые в коленях ноги. Пизда ее широко раскрылась, зиял вход в уходящее вглубь влагалище. Я устроился у нее между ног и любовался открывшейся картиной, раздвигая пальцами ее пухлые половые губы. Постепенно член мой ожил и я стал пристраиваться на Нине. - А я уже задремала, - поделилась она. – Давай я сама вставлю. Суй ловчей, жить будем богачей.Она стала мне тихонечко подмахивать.- Нин, как с мальчиком-то, лучше, чем с мужиками? – спросила Оля.- Мне это не в диковинку. Я же детдомовская, да еще учреждение для умственно отсталых детей. Нам в пятом классе целки ломали. А если девочка крупная, то и раньше. После этого трусы носить было нельзя, старшеклассники обнаружат – изобьют. Каждый день по нескольку пацанов разного возраста, где поймают, там и отымеют. После отбоя на каждой койке ебля. С седьмого класса ебут все, кому не лень. Преподаватели, обслуга, милиция, любая комиссия. Иногда приедет какая-то машина, и директор нескольким девочкам велит ехать. Там раздевают, заставляют голыми танцевать, хуи сосать, потом ебут и отвозят обратно. В ПТУ уже лучше, там тоже пристают, но от какого-нибудь урода можно было защититься. А потом жизнь какая? Денег вечно не хватает, приходилось пиздой подрабатывать. Она моя кормилица и поилица. Ох,
Сон мальчика