и, всхлипнув, обречённо опустила руки. -Ну и что, что старше? Все в лицее говорят, что из училок Нюрка – самая крутая тёлка, -он обнял её за плечи. Подождал немного и недвусмысленно расстегнул верхнюю пуговицу блузки. -Не надо, -всхлипнула она, но ничего не сделала, продолжая неподвижно стоять. Не увидев сопротивления, он одну за другой стал расстёгивать пуговицы, пока не добрался до самой нижней. Покончив с ней, он стянул блузку с её плеч и отбросил в сторону. -Что ты творишь? –прошептала Анна Сергеевна, чувствуя на своей спине его торопливые пальцы, насчупыващие крючки бюстгальтера. -Что ты творишь? –прошептала она ещё раз, медленно подняла руку, сняла заколку и взмахом головы распустила пышные волосы. Бюстгальтер ослаб и сорванный с неё, последовал вслед за блузкой, освободив тяжёлые, сочно-белые груди. -Ух, ты! –у него даже уши стали пунцовыми. - Что? Нравится, -учительницу позабавило его смущение. -Шестой номер, -кокетливо передёрнула она плечами. Груди весомо подпрыгнули. -Вот это сиськи! –осторожно накрыл он их ладонями и легонечко стиснул. Её груди откликнулись на прикосновение упругой зрелостью. -Вот это сиськи! –подрагивающими пальцами он уже мял её набухающие соски. -Что, не видел таких? –хотела съязвить Анна Сергеевна и, вдруг, прикрыв глаза, шумно задышала. Продолжая тискать и мять их, он толкнул обеими ладонями её прямо в груди, потом ещё раз так, что ей пришлось отступить. Она попятилась назад, пока не упёрлась в стол. А он, всё сильнее сжимая груди, настойчиво продолжал. Ей пришлось приподняться и усесться на стол. И только, когда она повалилась на спину, запрокинув голову, он перестал терзать её груди. Анна Сергеевна лежала на спине на учительском столе. А он торопливо пытался стащить с неё юбку. Долго возился с молнией. Она зашевелилась, помогая ему. Наконец, юбка упала на пол. Трусики слетели с неё в одно мгновение. Анна Сергеевна приподняла голову. -Когда он только успел раздеться? –подумала она, разглядывая длинного худенького юношу, жадно пожирающего глазами её обнаженное тело. На ней остались лишь чулки и туфли. Он стоял перед ней совершенно голым и трясся от желания. Его напряжённый член торчал почти вертикально вверх, нетерпеливо вздрагивая большой головкой. Анна Сергеевна задвигала бёдрами, поудобнее, устраиваясь на столе, и медленно развела ноги в стороны. Расценив это, как призыв кдействию, он устремился к ней. Его жаркая ладонь порывисто накрыла её лобок. -Не торопись, -прошептала она, взяла рукой его ладонь и сдвинула ниже. Пальцы осторожно коснулись половых губок. По её телу прокатилась волна сладостной истомы. Она вся поплыла, ощущая прикосновения к себе уже не только пальцами. Изнемогая от томительного ожидания, она раздвинула ноги ещё шире. Его трясло, как в ознобе. Губы пересохли. Глядя на распластанную перед ним, раскрывшуюся ему навстречу учительницу, он уже не мог справиться с охватившим его волнением. Раскатившиеся по сторонам, тяжелые молочно-белые груди вздрагивали тёмно розовыми сосками от прерывистого дыхания. Каждое движение запрокинутой головы вызывало бурный полет густой копны волос, свисающих вниз.
История моей феминизации. Часть 2. Школьные годы. Первые наслаждения.