А сказка продолжала развиваться в лучшем для меня продолжении. Не отпуская моего писюня, Ирка легла рядом со мной. Больше я не задавал ей вопросов, а только слегка провел рукой по ложбинке между грудей. Ирка вздрогнула, и громко вздохнула. Я осмелел, нащупав рукой один из ее бугорков и его окончание. Сосок был очень твердым и упругим, Я зажал его между пальцами и стал теребить. Ирка вздохнула еще громче. Я посмотрел ей в лицо. Ее глаза были закрыты, а алые губки приоткрыты, обнажив ряд ровных белых зубов. Изо рта вырывалось шумное неровное дыхание. И чем сильнее я сжимал ее грудь, тем яростнее она трудилась над моим «мальчишкой». Какое-то шестое чувство подсказало мне, неопытошу, что Ирка сейчас вся моя. Вся… Продолжая ласкать ее грудь, другой рукой, легко прикасаясь пальцами, провел по ее животику и остановился в районе пупка, ожидая ее сопротивления. Ирка шумно дышала мне в ухо, не делая ничего, чтобы остановить мои изучения ее тела. Я чуть выждал и, скользнув рукой ниже, наткнулся на резинку ее трусиков. Помедлил немного и нырнул под нее. Руке везло больше, чем моему воображению: сначала она ощущала только упругость молодого девичьего тела. Потом это перешло в осязание сразу, два в одном, шёлка и бархата чуть ниже лобка... Не знаю, что в этот момент испытывала Ирка — мне этого не понять, но она бросила моего малыша на произвол судьбе и вся приникла ко мне, обхватив меня руками. А я при этом продолжал испытывать необъяснимое блаженство, теребя ее между ног… Я окончательно осмелел от всего (или обнаглел?) — Ир, а можно я… Я даже не договорил. Ирку как ветром сдунуло от меня— И не думай даже!— Ир… — растерянно сказал я. — Я же не ЭТО имел ввиду. Она вопросительно посмотрела на меня— А что?— Ну это…можно ты ЕГО ногами сожмешь?Ирка задумалась. Пожевала губами… Я отчаялся, ощущая болезненное напряжение в низу своего организма. Вдруг Ирка
В новогоднюю ночь