в кончик головки. Пися дернулась кверху, кожица еще больше отошла назад, и головка полностью оголилась. В этот момент Юля тоже наклонилась, и, когда Женя стала целовать головку второй раз, поцеловала меня одновременно с Женей, так, что ее губы, обхватившие головку с одной стороны, коснулись губ Жени, обхвативших головку с другой. Такого наслаждения и счастья я еще не испытывал. Потом Женя взяла с камина пеленку и завернула в нее Юлю. Затем взяла висевшее на камине байковое одеяло и укутала Юлю еще и им. Получившийся аккуратный сверток перевязала двумя ленточками и положила Юлю в изголовье кровати. Затем проделала то же самое со мной. Подложила себе под спину подушку, положила по бокам еще две, сбросила с плеч бретельки ночнушки и обнажила груди. Соски уже набухли, с них свисали капельки молока. Затем уложила нас с Юлей так, что наши лица, выглядывавшие из одеял и пеленок, оказались около ее грудей, и сказала.-А теперь открываем ротики.И мы с Юлей с упоением стали пить горячие брызгающие струйки…Когда молоко у Жени закончилось, она обняла нас и мы, счастливые, заснули… Когда мы с Юлей шли домой, она сказала:-У меня голова кружится. Ни о чем думать не могу. Так сладко мне еще никогда не было.-Завтра мы будем старшими братиком и сестричкой. Давай Женю завтра вместе поцелуем?-Давай. Поскорее бы завтра наступило. А что ты чувствовал, когда меня целовал?- спросила Юля.-Очень приятно было, у тебя такая кожа нежная, особенно там, ниже животика.Юля покраснела.-А ты что чувствовала?-В животике и писе так сладко и тепло, и что-то щекочет. Очень приятно, и еще хочется.-Завтра я тебя еще поцелую в писю.-А я - тебя.И я, сгорая от нетерпения, пошел домой.
Не стреляй. Часть 1. (3 из 4). Андрей и Наташа