какой-то порог и мне стало легче. Дима молча смотрел на меня. Я, опустив глаза, ждала.- И что мне с тобой делать. Стоит только уехать, как... Ты пока ещё только маленькая шлюшка, но у тебя есть все шансы стать большой шлюхой, если ты будешь и дальше продолжать в том же духе. Но надо отдать тебе должное, ты всё так аппетитно рассказываешь, что пожалуй прощу тебя, отделаешься лёгким испугом.Не успела я опомниться, как меня вытащили из тёплой постели и отшлёпали. Мне почему-то стало очень стыдно, колодец моей души опять опустел... Мне захотелось покончить жизнь самоубийством. В моих глазах выступили слёзы, к горлу подступил ком, я не выдержала и зарыдала. Всё, что во мне копилось, провалось и потекло мощным потоком, уносимое прочь слезами. Как только поток начал убывать, я почувствовала заметное облегчение, душа моя наполнилась вновь чем-то светлым и радостным.- Полегчало? - услышала я полный сочувствия голос.- Ну тогда подвинься и баиньки. Я подвинулась. Дима лёг ко мне под одеяло, обнял меня, погладил мою грудь, поцеловал меня в ухо, пощекотав его языком. Его нежные пальцы пощекотали мне живот и рёбра, заставив меня содрогнуться в сладострастных судорогах, как обычно. Затем что-то тёплое осторожно пролезло между моих ягодиц и стало пролезать в моё увлажнённое отверстие. Я сначала сморщилась от боли: член Димы коснулся каких-то болезненных зон в моей вагине, я направила его рукой, затем всё пошло как по маслу. Часть Димы, живая, движущаяся, сладострастная, но в то же время уютная, зашевелилась во мне в ровном темпе, став куском меня, который мне не хотелось от себя отрывать.- Я так соскучился по тебе, мне тебя не хватало... О, Боже, как хорошо, наконец! - шептал Дима, он знал способ меня подогреть! - Какое счастье, что мой маленький усталый друг опять в своей гостеприимной квартире. Я незаметно для себя погрузилась в мир сладострастных грёз, плавно перетекавших в обыкновенный сон. Дима, Дима рядом, значит мне не страшно, значит всё в порядке."МУЛЕН РУЖ" НА ДОМУ, ИЛИ ПРЕДВОДИТЕЛЬНИЦА ПИРОВ29.10 Странное я создание: я могу совершить какой угодно грех, но если то же самое совершает кто-нибудь другой, особенно тот, от кого этого не ожидаешь, это потрясает меня до глубины души.Дело вот в чём. Сегодня у нас была дискотека по поводу, ну, в общем, начала каникул со следующей недели. Я вела себя вполне пристойно, даже не ходила с компанией выпивать (правду сказать, меня туда никто и не позвал). Мы с подружками "колбасились", сходили с ума, вытворяли что можно и что невозможно (всё равно в темноте и никто не видит). Затем, как это водится, включили медляк. Я пригласила какого-то парня из класса девятого. Он слегка обалдел, когда я его пригласила и я, воспользовавшись этим, вытащила его. Танцевал он, как маленький медвежонок: слегка притоптывал на месте, немного поворачиваясь вокруг своей оси. Он смотрел на меня, как завороженный и не мог никак понять, что с ним случилось. Так что всё было до неприличия пристойно. Мне было абсолютно всё равно, лишь бы только быть при деле. Моё внимание привлекла парочка по соседству. Я сначала не поверила своим глазам: рядом с нами танцевали Нинка Селезнёва и Олег Румянцев из параллелки. Нинка всю свою жизнь была тихой примерной девочкой, мы с ней когда-то занимались музыкой у одной и той же учительницы. Она была весьма симпатичная: тёмные вьющиеся волосы, заплетённые в косу, подлиннее и потолще моей, миндалевидные карие глаза, маленький аккуратный рот. Олег был общительным и весёлым парнем (впрочем у них
Засада