называл «выменем». Хотя Женечка и жил отдельно, дядя незаметно продолжал подкармливать его гормонами. И именно благодаря этому фигура мальчика приобрела такие сексуальные очертания.********* Иногда, по вечерам дядя отзванивался Вере Сергеевне и предупреждал, что задерживается. Они вместе с Женечкой совершали под ручки прогулки по вечернему и ночному городу, заходили в магазины, ходили в кино. Сначала Женечка боялся, а затем, видя, что его воспринимают только как девушку, стал вести себя более расковано. Они с Семёном Михайловичем могли зайти в магазин женского белья и, выбрав понравившееся, зайти в кабинку на примерку. Женечка надевала бельё, звала дядю и они целовались взасос, лаская друг друга.Однажды бельё оказалось настолько привлекательным и сексуальным, что Евгении пришлось, не без удовольствия, сделать минет дяде прямо в кабинке. Увидев, что брюки на штанах дяди набухли, Женечка хитро улыбнулся и сказал:- Ну, нет. У моего мужчины стояк ни кто не должен видеть – он опустился на корточки и накрашенными губами обхватил член дяди. Так как косметика не должна была пострадать, Женечка проглотил всё до последней капли.Взятый дядей по-знакомству абонемент в солярий позволил телу Женечки приобрести цвет смуглого загара. Но в интимной зоне «девочка» для контраста оставила нетронутой область в форме надетых трусиков стринг.Сидя в вечерних кафе, дядя, часто, стараясь чтобы это было незаметно окружающим, гладил ножки своей обворожительной спутницы и забирался рукой туда, где с трепетом его ждал упакованный в узкие трусики член «девушки». В ответ «девушка» ласково гладила дядю между ног. Иногда ножкой, иногда ручкой. Эти тонкие игры на публике заводили их и придавали больше чувств для последующего за этим развратного секса.В попочку Женя уже принимал безболезненно. А если дядя попадал в определённую точку, то мог, словно девочка кончить без участия рук.Однажды любовники пошли в кино. Фильм был не интересным, зал почти пустым. Женечка увлекла Семёна Михайловича на последний ряд, в самый тёмный угол. Там она начала рукой гладить по ширинке дяде и в итоге расстегнула её. Узенькая ладошка с длинными ноготками и кольцами на пальчиках вынула из трусов дядин член. Поглаживая его Евгения склонилась над ним и обхватила губами. Казалось сдавленные стоны, дыхание и причмокивание будут слышны во всём зале. Но немногочисленный народ или делал вид, что ничего не происходит или действительно ничего не слышал.За это время Вера Сергеевна ещё раз уезжала в рейс и тогда любовники оставались в квартире дяди.Иногда, когда дядю приглашали на какой-нибудь корпоратив, встречу или вечеринку, на которую принято приходить с жёнами или любовницами, дядя брал Евгению. Ей нравился бомонд, раскрепощенная обстановка. А ещё её заводили раздевающие взгляды окружающих мужчин, их попытки познакомиться, ненароком потереться о её тело, заигрывать с ней. Она была одной из самых элегантных и очаровательных девушек на этих вечерах. Проводимые раньше в одиночестве дни, когда мальчик Женя сидел дома и читал книжки, расширили его кругозор и эрудицию. Теперь эти знания делали его на голову выше окружающих девиц. Он мог с лёгкостью дать сто очков вперёд присутствующим здесь же глупым гламурным курицам, помешанным только на шмотках, деньгах и развлекухе. Ухаживания со стороны он отвергал. Хотя это было приятно – внимание мужчин, он понимал, чего в итоге те хотят. Однако в свою тайну он не собирался допускать никого. У неё уже был её мужчина, который удовлетворял её полностью и за которым она была, как за каменной стеной. Постепенно у Жени появился свой круг знакомых, которые знали его только как Евгению – девушку Семёна Михайловича.*********Вера Сергеевна понимала, что сын учится и живёт отдельно,
Мне ужасно нравится подчиняться