миньеты (вафли) делал Даня, но этот пацан так глубоко стал толкать в гортань, что я чувствовал это каждым сантиметром своего писуна. В яичках моих уже было больно, я и так до этого спустил все свои запасы. Трахома надрачивал и это я видел, мне было непонятно, что эти пацаны развратничают между собой, и эта группа не отпустят нас пока не удовлетворятся своими забавами. Они не стесняются друг друга, а нас, т.е. своих «пленников» тем более. Почему-то мои мысли переметнулись на прошлое, что было связано с Трахомой. Все сексуальные мотивы проносилось с такой быстротой, что все сплелось в один узел.Вспомнилось, как мы на нашем островке, что посреди речки, резвились, играли, загорали и играли в картишки. Карты стали теперь условием выполнения наших желаний. Трахома часто проигрывал и ему доставалось дрочить наши писуны. Мы так баловались и не считали это чем-то таким; подумаешь, какое дело поводить члеником. Спермы еще не было и только было очень щекотно, когда писун очень сильно твердел при этом дёргался. Наши игры становились не такими безгрешными, чтобы их можно было делать при всех. Мы иногда надували воздухом через соломинку лягушек в клоаку (попку)… И стали пробовать через трубочку бамбука у себя. Потом и это стало надоедать, и решили тыкаться писунами в попку. Нам стало нравиться такой способ игры, и каждый раз уже уходя на речку, мы использовали попу друга. Знали только мы, и когда трахались с Юлькой, то её приучили и к такому сексу. ( продолжение следует)
Летний лагерь. День третий