по бедру. Измазанный в белой жидкости палец она поднесла к своему носу и понюхала.«Ты, что в самом деле, того уже?» - бущевала праведным гневом Галя. Борис, сидевший на полу, подняв голову, смущенно и виновато смотрел на Галю, сам не понимая , что же все-таки такое произошло. А ведь так было хорошо. Так приятно было, когда его и Галин животы с размаху шлепались друг о друга. Так бы и лежал на ней. Но в какой-то момент головку вдруг приятно и остро защекотало, все тело Бориса судорожно дернулось, а из члена что-то резко выплеснулось, потом член опять дернулся, и из него снова что-то выстрелило.Сейчас член, как – будто устыдившись натворенных им дел, стыдливо съежился и мирно покоился на мокром мешочке яичек.К Гале подошел Миша и протянул руку с оттопыренным указательным пальцем к ее промежности. Из ее дырочки в этот момент выползала еще одна белесая густая капелька. Миша указательным пальцем провел снизу вверх по Галиной расселине, смазывая выступившую жидкость.«Ну ! Ты туда еще лезешь! Пальца там еще не хатало!» — возмущенно закричала Галя и с размаху огрела Мишу по руке.«Я знаю…» — только и успел сказать Миша. Он быстро отдернул от Галиных прелестей руку.«Знаю я. Это не ссаки, а «молофейка». Я у Кольки видел, когда он Зойке на нашем огороде показывал» — авторитетно изложил Миша. Все теперь, и Витька в том числе, сгрудились вокруг Гали и с интересом заглядывали ей между ног, пытаясь понять, что же такое сотворил Борис, что вызвало такой Галин гнев. Когда Миша произнес незнакомое слово «малофейка», все обернулись к нему и приготовились слушать, что же такое он видел, что Колька показывал Зойке.« Я клубнику на грядке ел» — начал рассказывать Миша: «А там у нас еще кусты смородины и трава. Здорово так. Ты же знаешь» — обратился он к Ане. Та согласно кивнула головой.Еще бы ей не знать это местечко. Ведь именно там еще в мае Миша и проткнул ей целочку своим еще не оголившим даже головку члеником. «Было, конечно, немножко больно, но не так, чтобы нельзя было стерпеть. Зато теперь она свободно и безболезненно могла принимать его в себя, не то, что эта дуреха Наташка. Сколько раз звала ее с собой к Мишке». – пронеслось у нее в голове.«Ну, ползаю я между грядок ,а тут Колька с Зойкой и приперлись».Колька – старший брат Миши, ему уже шестнадцать скоро. А Зойка – соседка ихняя, ей уже пятнадцать в апреле стукнуло.«Вот Колька и стал ей про малафейку рассказывать, что , мол у него уже есть. Зойка и говорит «Ври больше. Это только у взрослых может быть». А ;Колька и говорит: «Хочешь покажу?» «Да че показывать будешь? У тебя же нет ничего еще» Колька завелся, вытащил елду свою и давай дрочить. Дрочил, дрочил, а потом у него из елды как брызнет! Аж Зойке на платье на грудь попало. А потом еще и еще.Раз пять «стрельнул. Только Зойка отодвинулась. А мне – то видно было, что «малофейка» — это Колька Зойке сказал, что эта штука так называется».Девочки с интересом выслушали рассказ Миши. Галя продолжала обвинять Бориса во всех смертных грехах. Платье она опустила и протирала теперь им у себя между ног. Настрой веселья пропал. Ничего уже не хотелось. Галя первой пошла к лазу. Опустившись на потолочное перекрытие, она свесила ноги и исчезла внизу. За ней потянулись и девочки. Таня обернулась к Витьке и они вместе пошли за девочками. Таня первой
С Учительницей Географии