Юноши своим видом напоминали двух приличных и воспитанных домашних котиков, вдруг неизвестно как оказавшихся среди своих приблатнённо-уличных сородичей с ближайшей подворотни во время мартовской сходки. Здоровые бычки, явно из итальянской золотой молодёжи. Захотели видимо перед своими подругами повыделываться, а тут двое молодых парней лет 20, в слегка чудной одежде, с большими радикюлями в руках... Но подойдя ближе и потыкав в нас пальцами, они точно потом сильно пожалели об этом - ловкий опер врезал первому по яйцам, а потом в горло, а я был скромнее - взяв этого второго героя за мизинец, резко повернул его в другую сторону. С диким воплем он упал рядом со своим незадачяливым напарником... Так что толпа молодёжи сразу резко расступилась, явно заметив и кобуру на боку у Жоры. Остановились мы в неплохой гостинице недалеко от вокзала. Заметив в руках у меня фунты стерлингов, обе горничные стали стали намного любезнее и точно стали понимать и нашу речь - вскоре в номере у нас был накрыт стол с отличным ужином. А когда Жора показал пальцем на постель, обе сразу нарисовали на листе циферблат со стрелкой на цифре 10. Ну, всё понятно! Жора всё же хитрец - кончив в ротик своей "подруге", он тут же её выпроводил. А потом и мою тоже, сообщив, что все макаронники - ворюги! Но хороши были в постели эти молодые итальянки! Жаль, что из-за Жоры я так и не успел навестить круглую попку своей "подруги", а она явно была не против. А вот в Париже нас ждал полный облом. В смысле облом по адресу проживания родителей Лиззи. На фирме "Гочкис" нас встретили прекрасно - они очень нуждались в промышленных алмазах для расточки стволов 37-миллиметровой револьверной пушки,получив большой заказ. Так что два мешочка из наших сорока остались в кабинете директора фирмы, а нам на следующий день были вручены чековые книжки "Bank France" с весьма приятными суммами франков. Лиза нам переводила пламенную речь своего папаши и несколько слов от своей довольно симпатичной мамочки. Он заявил, что не отдаст дочку за этого голодранца, как он выразился "клошара", показывая пальцем на Жору. Странно, Жора был в довольно дорогом костюме. Я конечно не преимнул съехидничать - жених Елизаветы не Жорж, а я - Евгений. Ну раз так, то мы уходим. у нас ещё куча дел. В банке у нас по сто тысяч франков, да вот надо сверить чековые книжки - ещё и фирма "Гочкис" должна перечислить нам крупные суммы за алмазы. Ну и перед уходом - небольшой подарок моей уже, как я понял - бывшей невесте. Маленький мешочек с золотым песком и пять небольшим алмазов из новой кимберлитовой трубы - голубые! Лиззи была в восторге! Мы с Жорой резко повернулись и, сделав вид, что не слышим возгласов Лизы и её мамочки, быстро покинули этот совсем негостеприимный дом. Погуляв по Парижу - ничего особенного, мы вечером зашли в ресторан, отлично поужинав. А возле наших номеров нас ждал сюрприз - скромно одетая мамочка Лизы. Она из Киева, неплохо говорит по-русски, хотя за время замужества за этим скупердяем, как она обозвала своего муженька, немного подзабыла язык. Вскоре обе горничные заставил стол в моём номере дорогими явствами и испанским вином. Ну и через часик, увидев подмигивание Жоры, мы рискнули ответить на оскорбление папаши Лизы коварным способом.
Проталина