задавалась подобным вопросом постоянно, и душа моя испытывала внутреннее беспокойство. Женщина была симпатичная и стройная, если не сказать, красивая, со строгими утончёнными чертами лица. Такие лица бывают, например, у художников, или музыкантов. Тогда я понятия не имела, что то, что ей нужно, буквально написано у меня на лице. В моём поведении это тоже читалось, и опытная развратница всё для себя уяснила, полагая вполне резонно, что я идеально подхожу для её сексуальных экспериментов. Были ли раньше у неё жертвы? Конечно же, были, и ей не впервой доводилось ломать судьбу очередной, оказавшейся на её горизонте, молоденькой девушки. Ходила она за мною не долго, и уже через неделю перешла к активным действиям. Прямо в автобусе. Наверное, все знают, что такое жара в южном мегаполисе. Это не только пылища и солнцепёк, с неработающими кондиционерами и пробками на десять кварталов. Ещё - это езда в душном, раскалившемся на солнце железном салоне-ящике, набитом под завязку пассажирами, как сельди в консервной банке. Многие трутся об тебя немытыми потными телами, дышат смрадным перегаром прямо в лицо, и бесцеремонно толкают, норовя расчистить путь к освободившемуся сидячему месту. Вот так я и ехала в один распрекрасный денёк, возвращаясь с институтского факультатива. Перекинув сумку с учебниками через плечо, я держалась за поручни, стараясь надёжно держать равновесие. Ещё при выходе из учебного корпуса, я снова увидела ту самую красную иномарку, и по пути на остановку, буквально чувствовала неотвратимое присутствие шедшей за мной незнакомки. С трудом протолкавшись в салон, я ухватилась за поручень, и в течение первой остановки ехала как обычно. Но когда двери закрылись, и автобус вновь тронулся, я почувствовала у себя между ног прикосновение. Я подвигала бёдрами в стороны, насколько это было возможно, пытаясь отстраниться, но пальцы чуждой мне руки никуда не делись. Они продолжали оставаться на моей промежности, и ласково проникнув за тонкую полоску ажурных трусов, настойчиво касались моих губок. Я было подумала, что это один из автобусных хлыщей прижался ко мне, так часто бывало, но я не почувствовала твёрдого фаллоса у себя промеж ягодиц. Тем не менее, ко мне прижимались. Взмокшей от жары спиной я ощутила лёгкое трение твёрдых сосков женской груди. Повернув голову вполоборота, я увидала её строгое сосредоточенное лицо. Это её рука бессовестно ласкала мою промежность, а второй рукой она зажала на поручне обе мои ладони.- Не дёрнись, шалава, иначе порву твою вульву, - раздался женский шёпот у меня возле уха.- Что?- Я сказала, стой спокойно и не рыпайся. Расслабься, и получай удовольствие.Сразу после этих слов один, а затем и второй палец, проникли мне в щёлку, и я ощутила их мягкое присутствие на моём клиторе. Что же я испытала при этом? Какая другая бы, наверное, заорала на весь автобус, и подняла бучу. Но только не я. От хамского проникновения в мою плоть, искорки блаженства рассыпались по всему телу, и эхом отозвались в голове. Я тяжело вздохнула, осознав с неотвратимостью, что точка невозврата уже пройдена. - Тебе уже хорошо. Я знала. Пальцы продвинулись поглубже, и я поняла теперь, что хотела этого всю свою сознательную жизнь. В благодарность я выгнулась навстречу, и высвободив одну руку с риском завалиться набок, положила её поверх оскверняющей меня длани, водя по ней кончиками пальцев. Я тяжело задышала, ощущая то самое блаженство, которое возникает у нормальных девушек при проникновении в них полового члена. Между ног моментально потекло, и спереди на юбке расплывалось мокрое пятно. Пассажиры, тем временем, заметили нашу возню, и стали поворачивать
Университет Его Величества короля Тарнии