дело, я не могу свою бабу удовлетворить, (естественно, тут я ему соврал), есть сейчас проблемы по мужской части, и ей не хватает. А на загулы она не пойдёт, всё-таки приличная. И я не хочу, чтобы она меня бросила. И на способного поменяла. Как быть? Выручишь?" Когда до него дошло, он аж как-то засиял, как-никак, не каждый день с такими просьбами обращаются. Короче, докурил я, оставил их наедине, и вернулся в комнату ко всем. Они остались вдвоём. Через стекло я видел, как они говорят о чём-то, тот показывает на небо, потом рассказывает что-то смешное. В течение получаса мы все добавлялись по сто граммов, ходили курить, и Антоныч с Наташей постоянно оказывался рядом. И всё чаще обнимал, то за плечи, то за талию. И всё меньше встречал сопротивление. И в один прекрасный момент просто погладил её волосы, прижал к себе и поцеловал взасос. Сначала Наташка насторожилась и оглянулась на меня. Я как раз направился на очередной перекур. Вышел к ним, и зашептал ей где-то в таком духе: "Я рарешаю. Мужья и жёны всё равно друг другу изменяют, так пусть лучше это будет вот так, чем с обманом и чёрт-те с кем и чёрт-те где. Понимаешь? Это мужчине, как крутой тачкой похвалиться. Можно показать соседу по гаражу, какая она у тебя классная, и даже дать кружок-другой проехаться, но потом всё равно ставишь СВОЮ машину в СВОЙ гараж. Ты же всё равно останешься моей. Потому что любишь." И поцеловал. Вы даже не преедставляете, какая она была в тот момент счастливая! Про него я вообще молчу! В ту ночь они даже все стеснения откинули, в обнимку провели полночи. И это только начало. Потом они уединились в комнате Игорева отца. По мерным поскрипываниям кровати было понятно, что там происходит. Тем более, у этой комнаты даже двери нет, штора висит. Можно не пояснять, что испытывалось теми, кто это слышит. Игорь с Галкой тоже сразу исчезли в отдельную комнату. И я, и Лёха, и Федя, и отец Игоря сидим, смотрим в телек, но ничего там не видим, только слышим то, что за стенкой. Минут через 10 утихли. Антоныч вышел попить и покурить. Я заглянул в комнату, и вижу картину: моя жена лежит с разведёными ногами и сама себя гладит по грудям. Я не выдержал, стянул брюки и улёгся на неё. Всё, что я от неё услышал, когда вошёл в неё, было "Ты, правда, не будешь сердиться? Ты меня любишь?" Вместо ответа я целовал её так, как не целовал со дня свадьбы. Какой она была внутри, невозможно описать. Её дырочка в состоянии перед оргазмом, плотно сжатая, но хорошо смазанная спермой... Такого кайфа я никогда не испытывал. А смесь ревности и возбуждения... Я, от избытка возбуждения, кончил всего за несколько минут. Затем оглянулся на шорох за спиной. Вижу — Федька стоит в проёме, теребит себе Х. Мне ещё смешно тогда стало. Зачем анонировать, если есть девушка? Я кивком указал ему на свою Наташку, и он тут же на неё заскочил, вставил, и пошёл толчками накачивать. Сам же я вышел в комнату, где всё ещё бубнил телевизор, и спрашиваю у Лехи и отца
Похищенная сексбомба. Глава 1: Марионетка