новые порции смазки. А вот и девственная плева. Нет ничего лучше на свете, чем лизать восемнадцатилетнюю девственницу в её день рождения. Она оказалась сверху и принялась тереться об меня, а я держал язычок высунутым. Она всего меня измазала, а потом пискнула и выгнулась вся, стала отползать в угол дивана и подёргиваться. Судя по всему, это был её первый куни. Я умылся и вернулся к ней, а она уже ждала меня с разведёнными в стороны ножками.- Давай, сбей мне целку.Этого я ждал очень давно, но ситуация сложилась так, что пришлось надрачивать около минуты, чтобы поставить мой заюзанный этими забористыми сучками болт. Увидев моего красавца в боевом положении, Вика радостно захлопала в ладоши и тут же приняла его в своё сочное лоно. Она вскрикнула от боли и вцепилась меня своим маникюром. Я не стал её трахать, потому что не хотел, да и ей сейчас тоже не хотелось. Я и не думал, что так много крови будет, но она меня успокоила и пошла в душ. Когда она вышла, меня уже не было.В дальнейшем она сразу же предупредила, что не нужно тихушничать, если я захочу вдруг ей изменить, ведь есть же её боевые подруги, которые никому не проболтаются. На следующий день я драл её четыре раза подряд, а она бегала в ванную, чтобы привести себя в порядок. Это была моя месть за тот тест-драйв, что она мне устроила. Она просила прощение, извинялась и умаляла меня прекратить. Она пыталась стискивать ножки и не впускать меня, но тут же оказывалась поставленная рачком, и вновь принимала в свою щёлочку на всю длину.А потом она расплакалась и кинулась ко мне обниматься. Я конечно же простил её и больше в этот день не трогал. Её подруг я больше никогда не трахал, а при встрече было какое-то чувство неловкости.
Сестра порока