У нас с Валентиной уже взрослые дети, Тенечке девятнадцать лет, а Павлику двадцать один. Утром дочка прибежала к нам в спальню и забралась к нам в постель. - Мамочка, мне нужны денежки, - начала она подлизываться к матери. - Хуюшки, на тебя не напасешься. Проси у отца, разрешит, дам. - Папочка, скажи ей, чтобы дала. Давай я тебе пососу. Дочка откинула одеяло, взялась рукой за член, сунула залупу в рот и стала делать мне минет. Член у меня быстро окреп. Дочка легла на спину, раздвинула ноги и потянула меня за член. - Суй, папуля. Поебешь доченьку. Я проник в ее влагалище и стал его натирать. - Вот проститутка-то растет, - вздохнула Валентина. - Это ты проститутка, мамочка. - Какая же я проститутка. Я в гостинице работаю дежурной по этажу, за это и зарплату получаю. - А с мужиков ты за что деньги берешь? - А ты считаешь, что они должны бесплатно моим влагалищем пользоваться? Я же это не для себя, а для вас стараюсь. Ты вот денег просишь, а где их взять? - Мамуль, а у тебя сколько мужиков за месяц бывает? - Когда как. Бывает десять, а то до сорока доходит. Вот когда какая-нибудь конференция проходит, тут много бывает. Ебут делегаток, депутаток и просто посторонних, тут и нам на этажах достается. - Танька, у меня стоит, - сказал вошедший сын. - Ее папа порет, - проинформировала мама. - Я подожду. - Не жди. Сейчас Лешка придет, я ему обещала. На маме подергайся. - У мамы дырка широкая, я стенки не чувствую. - С каких же это пор? - Возмутилась Валентина. – Всем нравится, а ему широкая. - Мамуль, у тебя шире, чем у Таньки. - Нашел, с кем сравнивать. Я вас родила, это какую дыру надо иметь? - Мамочка, не обижайся. Больше все равно ебать некого, раздвинь ножки. - То-то же, как надо что-нибудь, так мамочка. Суй давай. Пашка задвигал задом на матери, а я со стонами спустил в Танечку.
Марк и Дженнифер (продолжение)