и выбросила его в мусоропровод. Вскоре и я отправил туда же свой бычок. - Я слышала, что целовать курящую женщину, то же самое, что вылизывать пепельницу. Правда?- не знаю. Думаю, что и к мужчинам это относится в равной степени. Ты же сейчвас курила?- И что?- И я курил. Давай попробуем.Согласие - это продукт непротивления двух сторон. Классик сказал. Мы и не противились. Марина целуется умело, язычок порхает, ручки распустила, уже в моих штанах. Мои руки тоже не бездействуют. Мы же взрослые люди, зачем нам лишние ужимки. Оторвалась от приятного действа с моими губами.- Как ты думаешь, нас здесь не видно?- Даже если кто-то мусор пойдёт выкидывать, не заметит, если специально не заглянет. - Тогда...Тогда не думай обо мне плохо. Повернулась, наклонилась, упёрлась руками в стену. Не особо раздумывая задрал подол, потянул вниз трусики.- Совсем сними.Мне не трудно. Присел. Она приподняла одну ножку, вторую. Повертел трусики в руках. И куда их? А в карман, куда же ещё. Выпрямляясь, поцеловал попу. Расстегнул ремень, приспустил штаны, пощупал Маринкину писю с целью определения готовности. Мокрая, хоть выжимай. Можно вставлять. Ну я и вставил. Всё закончилось довольно быстро. Минут пять, не больше. Прижимаясь к попе, спускал. Предложил было спустить куда в сторону, она отказалась. - Сперма - богатство. А ты его на пол. В меня спускай.Предусмотрительно прихваченные с хозяйского стола салфетки позволили сделать вид соблюдения гигиены и санитарии. Подтёрлись, отправили их в мусоропровод. А вот трусы надеть Маринка не успела. Кто-то шаркал ногами и явно в сторону мусорки. Мы с независимым видом стоим, я курю. Точно, мужик какой-то мусор вынес. Едва он ушёл, прыснули в кулаки. Вечер закончился, собираемся по домам. Маринка спрашивает- Проводишь даму?- провожу, конечно.- А то страшно мне. Вдруг маньяк какой, а я без трусов.Твою дивизию! Её трусы до сих пор у меня в кармане. Хорошо, что сейчас стали делать такие, что и не чувствуются. А вот во времена моих родителей попробовал бы я рейтузы женские в карман засунуть. Рассмеялся. Маринка губки надула, подумала, что над ней смеюсь. Объяснил причину смеха. Теперь уже она хохотала в полный голос. В такси щупал голенькую попку. Таксист, пожилой мужик, не обращал на нас внимания. И не такое видеть довелось. Поднимаемся по лестнице, мои руки у Маринки под платьем, попу придерживают. Она хихикает, играет ягодицами. В квартире не разводили церемоний. Мигом разделись и в кровать. Но это уже другая история, долгая.
Этот первый раз