участливо произнесла Кристина.Давясь слезами, он лишь смог кивнуть в ответ. Говорить он не мог. Девушка дала ему какую-то таблетку, он выпил и вскоре снова уснул.Кристина никак не могла поверить в реальность происходящего. Её красивые огромные глаза казались стеклянными. А она, сама себе, - сиделкой возле кровати любимого. Она не хотела видеть чужих слёз, потому что ещё не выплакала свои. Впервые в жизни она поняла, что ей не надо никого, кроме этого мужчины. А ведь ещё за несколько дней до этой катастрофы, в реальность которой она до сих пор не хотела верить, они валялись на кровати и, крепко обнимаясь, строили планы на будущее.На следующий день он проснулся с чувством, что силы возвращаются к нему. Больничная палата утопала в цветах. Огромный букет прислали Диана и Марина, ещё один – владельцы городского яхт-клуба, и, конечно, Тимур принёс море гладиолусов от себя и мамы. Цветы Руслану нравились, но он чувствовал себя как-то неловко. Он даже не был знаком с некоторыми людьми, которые прислали эти букеты. Нет, конечно, он где-то с ними встречался, знакомился, интересовался, как идут у них дела, приветливо улыбался им. Но они точно не были его друзьями.На стульчике, рядом с кроватью, сидела его любимая женщина. Она держала его руку, а он сонно улыбался ей, бледный и слабый. Но ей достаточно было света его глаз, чтобы её страхи развеялись.После операции, в первые беспросветные дни, они были единым целым. Кристина спала рядом, что бы была возможность помочь ему ночью спуститься с кровати и добраться до туалета, когда было нужно. Она приносила ему еду, подавала лекарства, развлекала, несмотря на перепады настроения у него, протирала тело, успокаивала, если он переживал, когда что-то не получалось. Она быстро научилась ставить и снимать капельницу, делать уколы, подключать необходимые датчики. Ему было очень больно и он принимал три вида обезболивающих в разных сочетаниях четыре раза в день, но её присутствие придавало ему силы. Лёжа на больничной койке, ощущая тупую боль во всём теле, несмотря на уколы обезболивания и проведённую операцию (ногу пришлось удалить), Руслан впервые осознал, насколько мало он знал собственную любимую женщину.Как-то ночью, Кристина вдруг проснулась и, взглянув на него, увидела, что он, согнувшись, сидел на кровати обхватив голову ладонями. Грудь его вздрагивала от отчаянных рыданий. Он, наверняка, не хотел, чтобы его кто-нибудь увидел таким, но она увидела. Никогда ещё она не видела его таким подавленным. В её душу закралась ноющая боль, которая подсказывала, что нельзя сидеть сложа руки. Нужно что-то сделать и помочь ему. Она обхватила руками шею своего мужчины, приблизила его лицо к своему, его губы к своим губам, чтобы защитить, уберечь любимого от всяких страшных мыслей и горестных переживаний. Увидев слёзы в его глазах, она осторожно промокнула их платком.Руслан, слегка приподнялся на кровати, мотнул головой и мрачно произнёс:- Мне очень жаль, любимая, но тебе необходимо уехать к себе домой. Я уже калека и не хочу обременять тебя. Зачем тебе взваливать на свои плечи это бремя, а? Ты ещё молодая, красивая. Найдёшь себе здорового сильного мужа и будешь жить счастливо. Подумай о вашей с Настенькой жизни!Слова Руслана резали по сердцу, словно нож, и самым острым из них было - «бремя». Этого она меньше всего ожидала от него. Как он мог такое говорить ей? Она хотела лишь одного, больше, чем чего-либо - быть хорошей женой, подругой, компаньоном, всё понимающей, надёжной спутницей, опорой их семье, которую она любила больше всего на свете!- Любимый, пожалуйста, не обижай меня, - почти
Без лица.