как она сама обходилась без секса, а мне пришлось тяжеловато, даже вспомнил юность, с утра в ванной подрочил…Вышел, у супруги все готово:– Ложись, – говорит, – на кровать, на живот, руки вытяни вперед, ноги расставь пошире… Трусы снимай, совсем сни-май, нечего стесняться…Делать нечего, снял, остался в одной футболке, она у ме-ня короткая, ни попу, ни причинное место совсем не прикры-вает. Жена заметила стояк…– Предвкушаешь!.. – спрашивает, – зато верю, что за это время ты ни с кем не покувыркался, – и кивает на мой воз-бужденный орган… – привязывать не буду, терпи так, ты же мужик, вот и проверим, мужик ты только потому, что в штанах яйца, или действительно мужик.По ее мнению мужиком можно считать только того, кто способен вытерпеть все, и сдержать свои обещания…– Кричать не вздумай, соседей переполошишь… Будешь кричать, запихну в рот твои же трусы…– А что, – спрашиваю, – это так больно, что не выдер-жать…– Узнаешь!..Дальше начался процесс.Я лег. Мила нанесла мне пять легких ударов моим же ремнем. Я уж обрадовался, конечно, неприятно и вроде как унизительно, но терпеть можно, в голову полезли фантазии, член зашевелился. Жена то ли заметила, то ли специально так секла, чтобы возбудить… Тут Мила остановилась и про-сунула руку мне под живот, ухватив за член. Почувствовала эрекцию…– Кайфуешь, – говорит, – не думала, что тебе понравит-ся…Дальше последовало пять ударов со всего маху. Я завих-лял попой, стараясь уйти от удара, чуть не заорал, ухватил зубами подушку, но от стона не удержался…– Да, – говорит жена, – это уже не массаж, а наказание. И слегка похлопала меня ладошкой по попе, потерла и снова похлопала. Член опять зашевелился…Дальше так и пошло: пять легких ударов – проверка эрек-ции – пять сильных – снова поверка, только уже отсутствия эрекции – поглаживания, похлопывания – снова пять легких шлепков ремнем. И далее по кругу. Всего мне супруга нанес-ла, по моему, около 30 ударов, хотя точно я не считал, как-то не до того было. Все мысли: как бы не закричать, я и не знал, что мой ремень – предатель может так больно жалить…Закончив стегать мои булки, Мила их слегка помассировала и скомандовала:– Вставай страдалец и дуй в угол, лицом к стене на коле-ни, постоишь, подумаешь… Потом придешь просить проще-ния, может и прощу, а может добавлю…Я потянулся за трусами, как-то стыдно с торчащим колом членом. Тут же последовал окрик:– А трусы одевать, я не разрешала, нечего там прятать, я уже все видела во всех деталях.Что делать, с голой задницей и торчащим колом членом поперся, куда сказано. Проходя мимо зеркала, не удержался посмотреть, как там сильно ли пострадали, мои задние по-лушария. Пострадали, конечно, но терпимо, просечек не бы-ло, крови не было. Попка стала красной, как у индейца и плохо гармонировала с остальным загорелым телом.– Налюбовался!.. – одернула жена, – быстро в угол. Не так уж и сильно я тебя выдрала на первый раз… Пожалела, все-таки непоротый мальчик, вижу еле сдерживаешься, чтобы не заорать… Еще перебаламутишь весь дом…– Да-а не сильно, – вполголоса пробурчал я, направляясь в угол…Но жена услышала:– Конечно, не сильно, можно сказать, я тебя не порола, а гладила, у тебя же стоял под моим ремнем, и сейчас стоит… Ты же, чуть не кончил, какая ж это порка… Не видел ты настоящей порки… розгами… Будешь спорить, получишь добавку, только не ремнем, а чем-нибудь посерьезней…Тут я заткнулся и молча опустился на колени в углу… Стоило мне потереть ягодицы руками, последовал новый окрик:– Руки
В лодке