нём романтика?- Ну пожалуйста, пусть будет Пьеро.- Хоть Карабас-Барабас. Ну, давай свою Мальвину. Будем знакомиться. Причмокивания, звуки поцелуев в раскрытые губки, стоны женщины, получающей удовольствие, затем крики, заглушаемые прикушенной ладонью, падение обессиленного тела. Финал. Отдышалась. - Можно мне немного поспать? Ты не обидишься?- Нет, глупая. Прижимайся. Только учти, что во сне, в твоём сне, тебе может присниться, что в гости к Мальвине зашёл Пьеро. Не пугайся. - Ой, почаще бы заходил! Ей так скучно одной. Она у меня гостеприимная. - Всё, спи. Мне тоже отдохнуть не мешает.- Конечно. Затрахала мужика совсем.- Люб, не нравится мне это слово. Лучше уж по другому как-нибудь.- А как? - Да хотьна русском могучем.- Заебала, что ли?- Так точней. Захихикала- Тогда получается, что не ты меня, а я тебя заебала?- Если это тебя удовлетворяет, то ты. - Всё, сплю. И никакой Пьеро никуда не приходил. Так что Мальвина спала всю ночь спокойно до той поры, пока не захотела в туалет. А тут и будильник затрезвонил. Бегом, скачками, в торопях попили чаю, быстро собрались и побежали по своим рабочим местам. Расставаясь, предупредила, чтобы без неё не уходил никуда, ждал. Вечером Люба пришла на работу. Те из наших женщин, кто ещё не ушёл, с изумлением смотрели на похорошевшую в одночасье женщину. Причёска, маникюр, сияющее лицо. - Сказать ничего не могу,- только и произнёс я, когда Люба появилась передо мной, - потому что всё вылетело из головы. Ты прекрасна. Ты- само совершенство. Ты- все пять элементов. В одном флаконе. Нет у меня таких слов. И если ты не хочешь, чтобы я набросился на тебя прямо здесь, в этом коридоре, скажи, чтобы я зажмурился. Но и это не поможет. Ты и через закрытые глаза просвечиваешь. Нельзя так с ума сводить мужчин.- Я и не свожу с ума мужчин. Мне хватит одного. Моего любимого повелителя. Ушла прибирать кабинеты. А я в ступоре. Так захотел эту женщину. Я что, пацан какой, так себя вести? Точно: седина в бороду. Природа, мать наша, шутки шутить изволила. Вся контора разошлась. Остались мы вдвоём. Люба зашла ко мне, закрыла дверь на ключ. - Желание наброситься не пропало, мой повелитель? Тогда я готова. Тискал, сжимал податливое тело, целовал желанные губы. Не выдержав напряжения, развернул женщину к себе задом. Плоть рвалась из штанов. Люба с готовностью наклонилась, опёрлась о стол, повернула голову- Так? Не до слов. С рычанием задрал подол, сорвал трусики, порвав их, со стоном наслаждения воткнул перестоявшего Пьеро в Мальвину. Даже не понял, кончила ли она, когда закрыв глаза, изливался спермой. Люба рассматривала свою мальвину- И как ты её не порвал? Набросился, как дикарь. Трусы вон порвал. Как домой идти? Юбка короткая. Подошла, погладила по щеке.- Бедненький, как соскучился по своей рабыне. Повелитель ты мой ненасытный. Давай я тебя вытру. И пойдём домой. - нет, не пойдём.- Люба удивлённо распахнула глаза. В один миг в них промелькнула обида, потухшая надежда, боль и страдание- Люба, успокойся. Мы не пойдём пешком. Мы поедем. Сегодня я трезв до безобразия. Заедем в магазин.- Так я без трусов.- Вот за ними и заедем. Там же кабинки есть, оденешься. Потом, если ты не против, в кино сходим. Я билеты купил. Потом в кафешку зайдём, мой товарищ держит. А потом уж домой. Как раз аппетит нагуляем. Обещаю, что дома я трусики рвать не буду. А ещё
Амстердам