- Лягь, мы придем, и я тебе дам холодца, он стоит в погребе. Девочке казалось, что если она будет с ним разговаривать, то он ее поймет и они пойдут домой, он поймет, что она напугана, и так делать не надо. Она посмотрела ему в глаза, но от этого ей стало еще страшнее. Взгляд пса проходил сквозь нее, он не видел ее, он был холодным, такого раньше она не видела и поэтому ей стало страшно. В округе не было ни кого, этот остров находился достаточно далеко от деревни, да и от дороги и по этому кричать было бесполезно. Она не знала, что делать, попытаться еще раз поговорить, посидеть, не обращать на него внимание, а после можно будет и пойти, еще рано, спешить не куда, посижу еще. Он стоял на против нее, его морда была на уровне ее глаз, они были добрыми, но в этот момент совершенно пустыми, появился какой-то черный окрас, что придал его взгляду жесткость. Джек постоял немного, посмотрел в никуда, а после как ни в чем не бывало повернулся и побежал из под ивы. Тяжелый груз страха спал с ее груди. Тело, что до сих пор было в оцепенении, зашевелилось. В горле все пересохло, она глотнуло, но сухость во рту не помогла, не произвольно она закашляла. Сердце колотилось, казалось, что она побывала в дремучем лесу, где бродят свирепые хищники и ни кто ей не может помочь, куда бы она не пошла везде эти клыки и глаза. Она не спешила вставать, боялась, что Джек вернется. Она решила подождать еще немного, а после пойти. Минуты тянулись медленно, облака плыли еще медленнее, как будто издевались над ней. Она закрыла глаза, пятна света, что пробивались сквозь листву, пробивались и сквозь ее веки, от этого становилось еще тяжелее. Она открыла глаза. Собака сидела прямо перед ней. Увидев ее, Яна тихо вскрикнула. - Иди домой! - это был не приказ, а просьба, голос ели подчинялся ей. Пес привстал и сделал шаг к девочке. Снова эти глаза. Они смотрел прямо на нее, не отрываясь, и она смотрела на него не отрывая своего взгляда. Пес сделал еще шаг и утробно гавкнул. От этого Яна всем телом прижалась к стволу ивы и как можно сильнее прижала к себе колени. Слезы отчаяния побежали по ее лицу. Она не хотела плакать, считала это слабостью, но они бежали сами, заливая глаза, щеки, капая с подбородки на одежду. Джек подошел по ближе, совсем в плотную к ней, вытянул морду и лизнул в лицо. Он начал слизывать ее слезы, как бы тем самым прося извинения за свое поведение. Яна, тяжело всхлипывала, а пес лизал и вилял хвостом. Она успокоилась, но прижимать Джека побоялась. Встала, сняла с ветки купальник, собрала все вещи в сумку и присела, ноги плохо слушались, а сердце все так же гулко
Порка пиздолиза.