его сильное молодое тело, лежавшее под ней на кровати, и с пронзительной отчетливостью осознала, что не испытывает к нему никаких иных чувств, кроме вожделения. Иными словами, ей дьявольски нравилось кувыркаться с ним в постели, вытворяя все, что ей вздумается, и самоутверждаясь. И в каких бы позах они ни совокуплялись, все равно она выходила их этих баталий победительницей, уверенной в своей безграничной власти над партнером. Он мог часами драить ей передок или тарабанить в анус, мог сколько угодно кончать ей в рот или мастурбировать, выплескивая сперму на ее груди. Но в конце концов до него доходило, что он не в силах противиться ее внутренней силе и безграничной энергии.Нынешняя ситуация была тому ярким свидетельством.Тим лежал на кровати в ее спальне, а она гордо восседала у него на пенисе. Глядя в его вытаращенные глаза, она попыталась прочесть его мысли, но быстро отказалась от этой нелепой затеи, поняв, что в голове у него, как всегда, только похоть. Это лишний раз оправдывало ее собственное аморальное поведение и избавляло ее от угрызений совести. Сделав такое умозаключение, Андреа стиснула пенис Тима стенками лона так, что у него на глаза навернулись слезы, и начала медленно, в такт своему дыханию, приподниматься и опускаться. Соприкасаясь с его телом, ее половые губы негромко чавкали, под аккомпанемент шлепков мошонки по ягодицам. Смазанный соками, твердый член юноши двигался в лоне, как поршень парового двигателя. Эта размеренность и предсказуемость процесса соития успокаивали Андреа, переволновавшуюся во время садомазохистских эксцессов с Максом Ругой.Успокоившись и почувствовав себя хозяйкой положения, Андреа загипнотизировала ошалевшего Тима своим пронзительным взглядом и позволила себе отключиться и впасть в нирвану. Размеренно ерзая на его чреслах и все плотнее притираясь своей киской к его лобку, Андреа закрыла глаза и начала чувственно постанывать, приоткрыв рот и мотая головой.Уставившись остекленелыми глазами на ее вульву, Тим автоматически работал торсом, тоже впадая в трансовое состояние. Казалось, что это неторопливое совокупление будет длиться бесконечно. Однако такое впечатление было обманчивым. Страсть медленно, но верно все крепче сжимала их обоих в своих объятиях, пока наконец с любовниками не произошла поразительная метаморфоза.Андреа внезапно словно бы окаменела, пронзительный крик вырвался из ее открытого рта, судорога пробежала по ее телу, и мощная невидимая волна подбросила ее вверх. Оказавшись абсолютно не готова к столь неожиданному повороту событий, она ухватилась одной рукой за основание пениса, словно боясь потерять точку опоры, а другой принялась быстро теребить клитор, как бы надеясь с его помощью привести себя в чувство.Утратив душевное равновесие, Тим схватил Андреа обеими руками за ягодицы и, стиснув зубы, исторг ей в лоно необычайно тугую струю семени. Почувствовав эту горячую влагу стенками влагалища, она явственно представила, как дрожит внутри ее головка, выплескивающая все новые и новые порции спермы, и снова затряслась в экстазе.Тим окончательно утратил контроль над собой и вопил в полный голос, ошеломленный обрушившимися на него ощущениями и количеством спермы, изливавшейся из него. Андреа пришла в себя и открыла глаза. Вид вздрагивающего в экстазе тела Тима, его выпученных полубезумных глаз и рта, перекошенного сладострастной гримасой, поверг ее в трепет. Она непроизвольно заерзала на его чреслах, чем вызвала у него новый, еще более буйный, пароксизм семяизвержения. Вся простыня стала мокрой и липкой, ноги Андреа приклеились к его бедрам, а половые губы — к лобку. И ей не оставалось ничего другого, кроме как скакать на нем, массируя клитор. Пенис продолжал дергаться во влагалище. Дрожь распространялась по ее промежности, бедрам и животу. Ноги ее стали словно ватные, а в
Нет сил говорить...лучше напишу