из разбитого носа потекла кровь.
Бугай кончал долго. Бился в конвульсиях и дергался на девушке. Под конец он изо всех сил насадил ее на свой член и держал так пока последние капли не вытекли в лоно Анюты.
Перевернув ее на спину, он вытер свой член об ее ротик, и повернулся к Хмурому, тот стоял у коляски.
Я смотрю ты в игре? - Бугай кивнул, на член товарища, который наконец поднялся в полную силу.
Хмурый шагнул к Анечке, взялся за худенькие ножки и прижал ее разбитые коленки к груди. Из растерзанной киски обильно потекла сперма Бугая. Она текла вниз, отлично смазывая собой узенькое колечко ануса. Хмурый поводил своим шлангом по обкончанным губкам, размазывая сперму по головке своего члена и резко вставил в попку девушки. Аня дернулась, пыталась что-то закричать, но смогла издать только хрип, Хмурый одним ударом в лицо выбил все остатки сопротивления.
Жестко трахать он продолжал около 5 минут.
Кончал он уже в отключившуюся девушку, так же глубоко насаживая на свой член ее попку, он словно отжимаясь вгонял в нее все глубже и глубже. Кончив, его член сразу обмяк, и как все та же змея, покинула свою нору. Красное колечко ануса плотно не закрывшись пульсировало, выкидывая наружу казалось бы литры спермы.
Бугай раздобыв в коляске влажные салфетки, уже привел себя в порядок и кинул пачку Хмурому. Тот застегнул штаны, и оба не оборачиваясь вышли из развалин.
Ну что, еще по пивку? - Бугай улыбался. Ничто не выдавало в его интонации, того, что он только что изнасиловал бедную молодую мамочку.
Давай, только может еще вернемся, вдруг по второму разу захочется - заржал Хмурый.
А наш заказчик, где этот рыцарь? - Бугай стал оборачиваться в поисках меня.
Ну, видишь, не успел спасти. Видать его конь где-то споткнулся в лесу.
И обо смеясь в все горло пошли прочь.
Я перелез через бывшее окно внутрь и подошел к Анечке. Мой ангел, моя давняя и безответная любовь, лежала без чувств, как ее и оставили, широко раскинув ножки, на грязной подстилке, среди осколков кирпичей и мусора.
Белое нежное тело, в синяках и ссадинах. Эти мои любимые острые коленки, разбитые в кровь. Я присел и пощупал пульс, жива. Остальное заживет. Я откинул с прекрасного лба прядь слипшихся пшеничных волос, провел рукой по разбитым в кровь и искусанным губам, по шее дальше вниз, осторожно по груди и соскам. Плоский животик испачканный потом и мужскими выделениями, моя рука скользила дальше. Я даже не заметил, в какой момент я достал свой член и продолжил его дрочить. Желание и возбуждение были сильнее здравого смысла, я не рвался уже спасать, я наслаждался этим пусть и использованным и выброшенным, но таким желанным телом. Пальцы мои погрузились в истерзанную киску, тут же стали липкими я провел ладонью по красным губам и торчащим между ними клитору, погрузил большой палец в киску, а средний легко провалился в попочку.
Я сжал в ладони всю промежность Анечки, наклонился и стал целовать ее в
Пошехонское совращение