садом, а мне дала велосипед и "вольную", велев появиться к обеду. Я покатался по окрестностям, познакомился с местными ребятами, которые сами были Питерские дачники, и вернулся в условленный срок к Марии. Она была переодета в шорты и обтягивающую майку с вырезом. Мне опять стало не по себе от такого открытого вида её груди. Ещё чуть-чуть и я бы увидел её соски. Она меня увидела и позвала за стол в дом. Обед был настоящей пыткой. Я был абсолютно выбит из колеи видом её груди, сдавленной лифчиком, и обтянутой майкой, которая подчеркивала, насколько эта грудь огромна. Все это добивалось видом её собранной талии и аппетитных ляжек в шортиках. Я уже действительно боялся кончить прям в штаны. Доев обед в полуобморочном состоянии, я пулей убежал в лес, соврав, что пошёл к ребятам, и в лесу за пару движений кончил на землю.
Для виду покатавшись ещё часик по деревне и ближайшему лесу, я вернулся на участок Марии. Едва зайдя, я понял, что мои испытания на сегодня не закончены. Мария лежала перед домом на лежаке, на спине, и загорала в одном купальнике. Я впервые увидел, какой у неё подтянутый живот. Нет, он не был идеально "высушенный", как у фотомоделей, но это было даже сексуальнее. Талия была идеально ровной. Я решил пройти в дом, чтобы не выглядеть странно, пялясь на неё. Однако, она, заметив, что я вернулся, окликнула меня.
Я подошёл к ней, но не очень близко. Я очень боялся выдать своё сексуальное напряжение. Ни чуть не смутившись от того, что я вижу её, по сути, в одном нижнем белье, она сказала, что душа у неё здесь нет, но она делает баню по вечерам. Она сказала, что если я хочу умыться в бане, готова она будет в 9 вечера. Изо всех сил пытаясь выглядеть нормальным, я сказал, что пойду в баню в 9 и направился в дом. Там, выдохнув, на меня обрушился шквал мыслей. Я в панике начал думать, как в бане скрыть стояк, который до этого удавалось заправлять под ремень начал думать, как бы я вёл себя в бане с человеком, который меня не привлекает, чтобы сымитировать подобное поведение. Затем я в ещё большем ужасе вспомнил, что в дачные бани я ходил только голым, и что так принято. Меня начало трясти. Мне уже было не до возбуждения, я хотел только одного: не опозориться. Тогда мне казалось, что если взрослый человек увидит мою эрекцию, этот позор будет уже не смыть.
Остаток вечера прошёл в тревоге. Наконец я на подкашивающихся ногах подошёл к бане, из трубы которой уже шёл дым, и постучал в дверь. Мария открыла мне дверь, находясь в одном халате. Ее груди опять полностью захватили мой фокус. Я зашёл в предбанник, а Мария продолжила возиться с печкой. Для меня настал неловкий момент. Я не мог решить, что мне делать. Мария, вроде как, не была полностью голой. Нужно ли мне раздеваться, или нет? Её грудь все ещё мутила мое сознание. Решив, что стоять и тупить будет ещё хуже, я решил задать вопрос в самой нейтральной форме, о которой мог на тот момент подумать: "Мария, а мы идём в баню в халатах?". Тут она резко отвлеклась от печки и теперь ее внимание было полностью на мне. По её лицу я
С любимым**