губы, мягкой подушечкой играя с показавшимся клитором. В этот момент Галина потекла окончательно. Она буквально почувствовала, как горячие соки устремились на ладонь ее мучителя. Скрывать что-то уже было бесполезно и от начальника и от себя. Едва слышный невольный стон предательски сорвался с губ, и девушка полностью расслабилась, разводя бедра в стороны. Но тут рука выскользнула из влажных трусиков.
— Раздевайся, — прозвучал за спиной нетерпеливый голос.
Галина повернулась к нему лицом, и присела на край кожаного дивана, не сумев совладать с непослушными ногами. Дмитрий Николаевич времени зря не терял, расстегивая ремень на брюках, и девушка послушно подняла руки к груди, дрожащими пальцами выпуская пуговицы блузки из петель. Она не спеша развела полы блузки в стороны и скинула ее с плеч, все чаще поднимая стыдливый взгляд на пляшущего на одной ноге начальника, пытающегося стащить с себя штаны. Когда лифчик девушки упал на диван, на Дмитрии Николаевиче уже не было ничего, кроме золотых часов с широким браслетом. Накачанную грудь мужчины, поросшую густыми черными волосами, украшала витиеватая татуировка с изображением дракона. Девушка украдкой глянула на стоявшего рядом директора. Мужчина явно поддерживал себя в хорошей физической форме. Даже появившийся с годами небольшой живот не портил его фигуру. Взгляд ее упал на заждавшийся напряженный член, хищно покачивающий в воздухе бордовой головкой, и Галина тут же испуганно отвела взгляд.
— Ну, чего ты копаешься? — нетерпеливо выдохнул директор и повалил девушку на диван. Он опустился над ней на локтях и жадно обхватил губами торчащий сосок правой груди. Галя испуганно втянула в себя воздух. Вторая грудь оказалась в объятиях широкой мужской ладони.
— Какие они у тебя... сладкие! — отпустив истерзанный сосок, произнес Дмитрий Николаевич, с удовольствием взглянув на страстно дышащую девушку, — Вставай, хватит уже игр.
Он отошел от дивана, позволяя Галине подняться на ноги.
— Поворачивайся, я тебе помогу, раз сама не можешь!
Галя послушно повернулась лицом к дивану и тут же, от грубого толчка в спину, упала на него руками.
— Ну вот, другое дело, — усмехнулся директор, приподнимая девушку за зад.
Галя так и осталась стоять раком, зажмурив глаза, а Дмитрий Николаевич профессиональными движениями расстегнул молнию, и спустил её юбку вниз. Следом та же участь ожидала и капроновые колготки вместе с трусиками. Он поочередно приподнял ей ноги за тонкие лодыжки, и стянул с них туфли с остатками одежды.
— Красота! — восхищенно резюмировал директор, с вожделением разглядывая круглую попку девушки, а потом смачно хлопнул по ней ладошкой. Галина ойкнула от неожиданности.
— Ты что такая тихая? — недовольно спросил Дмитрий Николаевич, просунув ладонь девушке между ног и накрывая ей промежность, — Я люблю, когда женщина выражает свою страсть.
— Я... м-м-м... хорошо, Дмитрий Николаевич... — тихо простонала девушка.
— Что хорошо? — мужчина стал интенсивно двигать рукой, — Кричи давай!
— А-а-а-а-а! — выдавила из себя Галина некое подобие крика, и тут же получила несильный шлепок по заду.
— Да, что ж с тобой будешь делать, — посетовал Дмитрий Николаевич, обхватывая девушку за талию. Его член нетерпеливо примерялся ей между бедер, — кричи!
Галину всю трясло от ужаса. Причем ужас этот был не в том, что с ней готовились вот-вот сделать (как раз к этому она успела морально подготовиться), а в том, что она сама изнывала от желания. Она была готова к боли, унижению, насилию, надеясь стерпеть все, стиснув зубы. Но чтобы вот так растаять в руках чужого мужчины, стать добровольной любовницей — было для нее самым настоящим шоком. И сил бороться со страстью почти не осталось. Выполняя пожелание
Одна с отчимом