не пришлось. Подведя раздутую пунцовую головку к входу во влагалище, я слегка надавил бедрами, и она, почти не встречая сопротивления, провалилась в ее разгоряченное лоно.
— Да! — стиснув зубы, прорычала красотка и, обвив мою шею руками, с силой притянула к себе.
— Какая ты горячая! — простонал я, загоняя его до самого конца.
Проникая все глубже, он, с хлюпающим звуком, постепенно заполнял все свободное место. Как только наши лобки соприкоснулись, Зина обвила своими ногами мои ягодицы, еще сильнее прижимая к себе.
— О, Да! — простонала она, изгибаясь всем телом, и вонзая свои коготки в мою спину.
Преодолевая сопротивление ее ног, я слегка сдал назад и снова провалился в ее горячую пещерку, звонко шлепнув яйцами по липкой промежности. Потом еще, и еще, и еще...
Придерживая ее за спину, я ритмично долбил ее киску, которая, довольно хлюпая, с жадность принимала мой ствол на всю длину. Стол жалобно поскрипывал под весом наших тел, но стойко держался.
Девушка, откинулась назад, и легла, запустив пальцы в копну своих волос. Она блаженно прикрыла глаза, и громко стонала, а ее аккуратные грудки упруго покачивались, маня алыми бусинками сосков. Это было божественно. Я потерял счет времени, и просто самозабвенно буравил ее нутро, ритмично работая бедрами.
— Как же приятно, — если слышно простонала Зина, облизнув пересохшие губы. — Еще немного и я не выдержу.
Она сглотнула подкативший к горлу ком, и, закусив губу, чувственно сжала свои груди.
Как только я овладел ей, от моего наваждения не осталось и следа. Будто невидимая рука сорвало пыльное покрывало, заставив окружающую действительно вновь обрести свое четкие границы и цвета. Сначала, я разозлился на себя, что опять потерял контроль над реальностью, но... как же приятно было трахать эту рыжую бестию.
Я тоже был уже на пределе. Зинаида, закрыв глаза, вцепилась в край стола, стараясь подтянуться и плотнее прижаться промежностью ко мне.
— Еще. Еще, — раз за разом, еле слышно, срывалось с ее губ, будто в бреду.
Рассудок полностью вернулся ко мне и, решив наверстать «упущенное», я, уже проверенным движением, коснулся собственного сознания, отгоняя подкатившую волну наслаждения. Член слегка раздулся, вызвав одобрительный стон девушки, и в паху возникло знакомое чувство тяжести. Подхватив ее под колени, я поймал ее за запястья, и, потянув на себя, звонко шлепнул бедрами по ягодицам, загоняя свой член в самые потаенные уголки ее девочки. Зина выгнулась дугой и широко раскрыла глаза.
— Да! Продолжай! — она вцепилась в мои запястья так что побелели костяшки на пальцах.
Громко шлепая, я раз за разом вгонял свой раздувшийся ствол, постепенно наращивая темп. Зина кричала в голос, мотая головой из стороны в сторону, отчего ее огненные волосы развивались, и создавалось ощущение что вся ее голова объята пламенем.
— Да! Да! Да-а-А! — все тело девушки напряглось, и задрожало словно натянутая струна.
Я почувствовал как бархатистые стенки ее вагины сжались, надежно зафиксировав мой член внутри. Преодолевая сопротивление окаменевших мышц, я в очередной раз впечатался головкой в ее матку, и натянутая струна лопнула. Магазин огласил утробный рык, и тело девушки закачалось на волнах бурного оргазма, унесшее ее сознание далеко за пределы нашего мира.
Вынув все еще стоящий колом член, я полюбовался проделанной работой. Натруженная дырочка алой дырой пульсировала на фоне бледной кожи, а темные волоски, сплошь покрытые густым нектаром, слиплись небольшими сосульками. Опустившись на колени, я жадно припал к ее сочащемуся лону.
— Ммм.
Губы обжог терпкий аромат ее киски. Мой язык плавно
Жизнь с мамой проституткой.