бант на шее и домашние тапочки. Она скинула их на пол, устраиваясь поудобнее.
Проведя рукой по волнительным девичьим складочкам, я убедился, что Оля восхитительно влажная и горячая. Я весь буквально трясся от возбуждения. Мне оставалось лишь забраться на диван, взять доченьку за бедра и приставить пенис к очаровательной расщелинке. Что и было сделано. Мой радостно пульсирующий член проник в святая святых и... то ли от напряжения, то ли еще от чего, я почти тут же кончил, оросив раскаленную облегающую пещерку дочери, не сделав и пары фрикций. Я захрипел от удовольствия, что дало понять всем присутствующим — церемония состоялась, теперь Оленька может делать это где угодно, с кем угодно и когда угодно.
Защелкали вспышки телефонов, зазвенели сообщения от полиции. Там почти тут же прислали ответ «Можно». Гостиная взорвалась криками «Ура!». Я с тихим хлюпаньем вышел из Оленьки, наклонился и поцеловал ее в пупок. Доча подняла голову и как раз вовремя — Николай Александрович уже был тут как тут, он не забыл наш уговор и украсил мордашку дочери хорошей порцией спермы. Его член действительно был огромен, мне стало жалко Анечку, которая стояла рядом и помогала надрачивать мужу. Ее маленькие ладошки смотрелись до жути нелепо на этом монстре. И как только моя жена Вика поместила в свой ротик, который вряд ли сильно больше Олиного, такой размер?
После меня к Олиной щелочке пристроился ее классный руководитель, а на изголовье дивана забрался наш сосед сверху пенсионер Никанор Геннадьевич с явным намерением воспользоваться ротиком дочери. Аркадий Викторович выдержал поболее, чем я, а вот наш престарелый сосед брызнул почти сразу после прикосновения нежного язычка Оли к своему на удивление хорошо стоявшему члену. Впереди было еще много интересного, поэтому я оставил Оленьку в гостиной и пошел за фотоаппаратом. Фото с телефона это, конечно, хорошо, но мне хотелось сделать пару более качественных снимков для семейного альбома.
Жена напрокат