всех успокоиться. *** Поправив юбочку и вообще, приведя себя в порядок, Кэтти нежно поцеловала Дитриха, который еще возился со своими штанами.
— Давай иди, — сказала она ему. — Отто не в себе, прямо! Ты и так задержался, слишком долго.
— С тобой, куколка, моя, я бы мог задержаться навечно, — ответив на ее поцелуй, сказал Дитрих.
Кэтти, глубоко вздохнув и чувствуя приятную плотскую сытость и удовлетворенность, что разлились, сначала между ее ногами, а теперь и по всему телу, заняла свое место и начала, что-то печатать, быстро выстукивая по кнопкам клавиатуры.
Дитрих, все никак не мог справиться со своими брюками. И времени, уже не было. Чертыхаясь, он бегом кинулся к кабинету бургомистра. Он влетел туда, весь растрепанный с подозрительно расстегнутым ремнем на брюках, дергающий замок ширинки.
— Дитрих, где вы были?! — возмущенно заорал бургомистр. — Мы, тут, уже больше получаса обсуждаем важные вопросы, а вас, председателя по строительству все нет! И в каком вы виде, черт возьми? Что с вами? Вы из туалета, простите...
— Да, прихватило маленько, — краснея, как рак соврал Дитрих.
Он поспешно занял свое место, поймал рассерженный взгляд матери Луизы, насмешливый Вильмара Борна, удивленный и немного сочувствующий отца Арчи.
— Итак, отложим пока вопрос с увеличением населения нашего города, — подняв руку, сказал Отто Хингард. — Обсудим, снова строительство. Дитрих, у совета города к вам будет задание огромной важности.
Через два дня после памятного заседания в городской ратуше Отто Хингард зашел в гости к своему другу Фабио Масканни. Итальянец уже 25 лет жил в Ваденбурге и являлся хозяином очень хорошей, благоустроенной гостиницы. Вместе с семьей он жил в левом крыле здания, а центральная часть и все правое крыло были выделены под гостиничные номера. Кроме этого, непосредственно к гостинице примыкали и два кафе: зимнее и летнее, тоже принадлежащие Фабио.
Бургомистр пришел в обеденное время. Устроился на высоком табурете перед стойкой бара, что был расположен сразу при входе в гостиницу. Тут же, был и довольно вместительный пивной зал на два десятка столиков.
Сам Фабио находился по другую сторону барной стойки, где занимался смешиванием коктейлей. Гостя, он угостил великолепным французским «Наполеоном». 23-летний сын хозяина гостиницы — Антонио, находился тут же, наводил порядок на полках.
— Ну, как наши дела? — поинтересовался Фабио. — Уже начали проектировать новые гостиницы?
— Дела... дела, — бургомистр тяжело вздохнул. — К началу соревнований, мы сможем все построить. Но у меня из головы не выходит другая проблема. Как нам увеличить население?
— Да, проблема не простая, — кивнул Фабио. — Может тебе еще раз переговорить со всеми молодыми семьями? Может и убедишь кого-нибудь завести ребенка в этом году.
— Даже не знаю, — бургомистр покачал головой. — Я делал ставку на холостую молодежь. Но ты сам видел реакцию матери Луизы. Она пригрозила подать на меня жалобу в Вену и самому Папе в Ватикан!
— Не обращай внимания на эту старую ведьму, — посоветовал Фабио. — В первую очередь, ты радеешь за интересы и благополучие города! Значит, правота на твоей стороне.
Так, пока они разговаривали о том, о сем прошло около четверти часа. Внезапно, колокольчик, подвешенный над входной дверью гостиницы, громко звякнул, оповещая о приходе посетителей.
Фабио и Отто ожидали, что это, как обычно будут несколько молодых горожан, решивших пропустить по кружечке пива. Однако, глаза хозяина гостиницы, его сына и бургомистра полезли от удивления на лоб, когда в бар вошли сразу шестеро здоровенных негров. С ними была, еще одна чернокожая девушка лет 20-ти. Кампания устроились за самым дальним столом в углу помещения. Всем мужчинам на
Случай на лесном озере.