С моим-то личиком особо не повыбираешь, вот и ты шарахнулась, как от прокажённой. А маструбировать надоело. Сама, поди, тем же снимаешь проблемку. Ты, собственно, не девственница часом?
– Во-первых, я не лесбиянка и набрасываться на меня я тебя не просила, мне нравятся мужики, а не женщины, во-вторых, ты моя подруга, а не случайная оторва и потом, да у меня ещё не было мужика, но я не комплексную по этому поводу.
– Не кипишуй, милая, как только дашь, они тут как тут. А я тебе предлагаю приятный, безопасный секс, без ненужных последствий. Вот скажи, только честно… Мой поцелуй тебе был неприятен?
– Да я даже не поняла с перепуга. А тебе, что приятно целовать женщину?
– Смотря какую, тебя даже очень. Этим у нас девочки ещё в школе переболели.
– А у нас ничего этого не было, – заверила Капа.
– Оно и понятно, у тебя уже в школе была практика другого порядка. Как ты ещё тогда не трахнулась с каким-нибудь одноклассником.
– Целоваться и трахаться – разные вещи, – с сомнением произнесла Капа, – ладно, давай попробуем ещё раз, но если мне не понравится, отвали и забудем об этом. Только я закрою глаза – как-то необычно и щекотно…
– Делай, как считаешь нужным, хоть уши затыкай
Капа стёрла улыбку с лица и изобразив серьёзную мину подставила губы для поцелуя.
– Расслабься и дай мне обнять тебя, а то, как первого сентября во втором классе.
Капа почувствовала на груди руки подруги и пытаясь избежать слишком откровенного поцелуя перехватила запястья Любки, но губы подруги уже слились с её губами и руки Капы сами собой опустились на колени
– Я, что теперь лесбиянка? – задыхаясь от пережитого волнения прошептала Капа, откинувшись на диванную подушку. И тут же почувствовала, как под её короткую клетчатую юбку проникла рука Любки и продвигаясь по ноге дошла до лобка. Поглаживая выпуклый холмик пальчиками, протолкнула ладонь в сжатые ляжки, касаясь промежности подруги. Капа испугано свела брови и отрицательно замотала головой.
– Нет, это уже слишком, зачем ты меня заставляешь это делать! Прошу, перестань, не надо… – но губы подруги сомкнулись на твердеющем соске Капы и глубоко вздохнув, она ослабила сжатые ноги, пропустив к промежности Любкину руку. Когда трусики с бёдер Капы были отброшены в сторону и голова подруги устроилась в напряжённо разбросанных ногах, девушка ощутила скользкий язычок в своей маленькой и влажной вагине. Он запорхал в складках вульвы, выглаживая стенки вагины, возбуждая напрягшийся клитор. Стон вырвался сквозь стиснутые зубы Капы и тело девочки забилось в конвульсиях первого оргазма.
– Ну, ты как? – Поглаживая мягкий лобок подруги, спросила Люба. Но Капа не успела поделиться своими ощущениями, как в прихожей раздался щелчок замка и в щели под дверью вспыхнул свет. В наступивших сумерках в комнате, девчонки кинулись приводить себя в порядок. Капа подхватила трусики с пола и быстро сунула их за подушку дивана. Любка, одёрнув на себе платье успела включить торшер над головой и принять непринужденную позу с книгой в руках, закинув нога на ногу.
В комнату заглянула Вероника Сергеевна и удивлённо поинтересовалась у подружек.
– Девочки, вы что-то припозднились. Любе уже домой пора, давайте дорогие мои прощаться. Да и спать уже скоро. Капа, ты посуду помыла или опять на утро оставила?
– Я провожу Любу и помою, – пообещала дочь, но Вероника Сергеевна остановила её.
– Ступай на кухню, дорогая, а Любу проводит Николай Степанович. Коля, проводи девочку до дома, тут не далеко, успеешь свой хоккей посмотреть.
Николай Степанович нехотя вышел в прихожку и открыв входную дверь
Как я перевоспитала гея