и пред взором бригадиров предстала розовенькая попочка моей жены в белых трусиках.
— О, зачет! — обрадовались мужики, — Теперь трусы снимай, посмотрим, какая у сучки пизденка.
Я подцепил резинку Лереных трусиков и стянул их.
Стоять в такой позе в движущемся поезде жене было неудобно, поэтому я подхватил ее одной рукой под живот, а другой — под грудь. Краем уха я слышал приглушенные всхлипы Леры.
— Повезло тебе, Леха! — присвистнул Дима.
— Это точно, — вторил Антон. — Сразу видно — женщина порядочная. Пизденка аккуратная, ни волоска, губки маленькие, дырочка узенькая-узенькая.
Дима подался с сиденья к писе моей Лерочки и едва не ткнулся в нее носом.
— Ух, а пахнет как сладко!
— Она и на вкус небось ничего, да Леха?
— А я сейчас сам попробую, — усмехнулся Дима. — А то жена у тебя хоть и аккуратная, но не гостеприимная. Пизда сухая, как в пустыне.
— Давай, — поддержал Антон, — не подмажешь — не поедешь.
И засмеялся.
А Дима взялся за ягодицы моей жены и раздвинул их в стороны, а сам припал ртом к влагалищу и принялся ее смазывать языком.
Вскоре я ощутил рукой, что животик моей Лерочки напрягся, а в другую руку уперся один из ее набухших сосочков. Прислушавшись, я услышал не всхлипы тихого рыдания, я шумные резкие вдохи жены.
Неужели она возбудилась?
Тем временем Дима встал на ноги, звучно шлепнул Леру по попе и вытащил свой стоячий член. В душе я невольно присвистнул — член явно был раза в два длиннее моего одиннадцатисантиметрового, и в толщину сантиметров пять.
Приноровившись, Дима резким толчком вогнал член в мою жену на всю длину. Лера закричала и дернулась, а бригадиры засмеялись.
— Что, большой? — улыбался Дима, — Ничего, Валерия, привыкай, вы теперь часто встречаться будите.
Я и мамуля