и не сомневаюсь. В таком возрасте вам только дай волю — удавитесь без агонии, как в древние пещерные времена. Ну ладно, счастливого повешения.
— Ага, спасибо, мам. Папе привет передавай.
Класс настороженно прислушался — не скажет ли мама Марины еще что-то, могущее помешать такому долгожданному моменту. Но в трубке раздались короткие гудки — мама девочки положила трубку. Марина бросила телефон в руки Илюше и радостно посмотрела на Аркадия Семеновича.
— Ты готова? — спросил он.
Мариша кивнула. Ее сисечки колыхнулись в такт этому движению. Учитель влюбленно посмотрел на Мариночку, глубоко вздохнул и выбил опору из под ученицы. Мариша захрипела, хватаясь за петлю, которая принялась затягиваться все сильнее от каждого ее движения. Силясь сделать вдох, девочка принялась оттягивать петлю спереди на шее, но хитрый узел не дал ей этого сделать, рывком затянувшись почти намертво. У Мариночки буквально глаза на лоб полезли. Ее прекрасное личико побагровело, а из горла начал вырываться уже не хрип, а тихий писк. Девочка в последние секунды жизни принялась в агонии дергать ножками в разные стороны, и, наверное одним из заключительных движений угодила пяткой в лоб оторопевшему Илюше, сидевшему на первой парте, ближе всех к крюку.
— Это хорошо, что Аркадий Семенович попросил Марину снять туфельки перед повешением. А то бы зарядила мне каблуком по голове, была бы шишка. Вот что значит техника безопасности и ОПЖ, — рассказывал потом мальчик своим одноклассникам.
Профессионал (часть 3. Кто хочет стать дефлоратором?)