в подъезд заходили трое моих друзей и вместе с ними еще двое, каких-то парней, оба были с камерами в руках, а один из друзей держал в руках торт, двое других большие пакеты, видимо тоже с бухлом и едой.
Приготовились, суки, подумал я, но и я сегодня тоже приготовился, у меня есть жбан пива, бутылка коньяка, закуска, но главное, камера, которая приближает не меньше чем бинокль, и подставка к ней, я уже знал, куда и как я ее установлю.
Как хорошо, что было начало лета, и стояла жара, и окна открыты, и мне ночью не холодно на стройке. И хорошо, что есть и сама эта стройка напротив нашего дома. Хорошо так же, что она не охраняется, так как ее еще год назад забросили, видимо заказчик разорился и теперь это долгострой, охранять уже нечего, все, что можно уже растащили.
Я с нетерпением ждал, когда стемнеет, а темнело поздно... Наконец, когда стемнело, я опять пробрался на стройку и занял свой наблюдательный пост, окна так же были открыты, горел яркий свет, и в зале толпились люди. Установив и настроив камеру, я взял в руки бинокль, как и вчера, все было хорошо видно, словно я был вблизи от них, хорошая штука двадцати кратный бинокль, чтобы не прыгала картинка, от тряски от рук, я опирал его на специально сделанный из стремянки и досок упор.
В комнате были трое моих друзей и сосед, еще те двое парней, что я видел у входа в подъезд с моими друзьями, при ближайшем рассмотрении они оказались знакомыми мне, эти парни были из соседних домов.
Еще с ними был мужик, Федя, из нашего подъезда живший под Игоревой квартирой, на четвертом этаже, он был постарше нас, и слыл во дворе ловеласом, так как был разведен и таскал к себе разных девок. Про него рассказывали, что член его был двадцать пять сантиметров и очень толстый.
Соседи часто жаловались на него, так как частенько из его квартиры, по ночам раздавались женские вопли, шум и гам. Федя был богатенький и часто заказывал себе проституток, кто-то из парней был вместе с ним со шлюхами, и потом рассказывал всем, какой у Феди хуй, словно оглобля, длинный, толстенный, да еще и крупное ухо сверху, на стволе, сразу под головкой, которая и так была размером с женский кулак.
Эти слухи быстро разлетелись по округи и все прикалывались, в шутку пугая своих жен, - вот будешь себя хуево вести, я тебя Феди отдам... Сейчас Федя стоял в трусах, он был крупным, мощным мужиком, с небольшим животиком. Все эти семь мужиков стояли рядом со столом со стаканами в руках и смотрели, как на диване, стоящую раком Иринку долбят с двух сторон два парня, присмотревшись, я узнал их, они жили через дом от нас.
Все было так четко видно, жаль только что звука не слышно, хотелось бы понять, о чем они говорят. Но, как я понимаю, судя по всему, мои друзья и сосед, да и скорее всего, и те два парня, что пришли с друзьями, уже были пресыщены, моей Иринкой.
Это было видно и по их расслабленным лицам, и по тому, как они уже равнодушно наблюдали за тем, как парни ебут Иринку. Немудрено, я видел их заходящими в подъезд, когда еще семи не было, а сейчас уже был первый час ночи. Зато Федя все еще был в трусах, и они у него сильно дыбились, а так же, он с жадностью смотрел на Иринку, пожирая ее глазами, значит, он пришел недавно, и сейчас
К чему приводят дружеские советы.