Света швырнула кику. Жест отчаянья, не более. Легкая береста все же долетела в старца, неуловимым вскидом клюки, он обвел её вокруг себя, и она потерялась где-то за его спиной.
От бессилия брызнули слезы. С мольбой, Светлана послала Змею сигнал SOS, но осталась без ответа. Мудрый Каа — как старый и глухой удав, грелся на солнышке, во дворе. Неужели он был ещё и слепым? Светка же остановила время! Море волнуется раз. Море волнуется два. Море волнуется три! Адепты Большого Хлыста застыли, в удачных или неудачных позах, но застыли...
— Привет, сестренка! — поговорил старец, ладонью, словно лезвием бритвы, убирая бороду. — Ты прямо на двенадцать лет выглядишь. Совсем худенькая стала. Здесь девушки твоего возраста крупнее, мясистее. Измотал тебя Полоз, таская во времени.
Света открыла рот. Единственное, что она сейчас понимала — Конец Света откладывался. Точнее, она ничего не понимала! Перед ней стоял мужчина, пусть не старец, пусть без бороды, но старше её лет на десять! В чертах Владимира Света уловила нечто от младшего братишки, но его виски серебрила седина. И руки, — пальцы! В жесткой сцепке они держали клюку, словно персты монаха Шаолиня шест Якши. Уверены были не только движения, но и взор.
— Вов... чё... нок?!!..
— Так и будешь сидеть? Не обнимешь?
— Господи, Вовчёнок!!!
Света кинулась в объятья брата. Пока она летела в радостном прыжке, Владимир успел откинуть клюку. Принял её на руки — крутанул вокруг себя. Ладошкой, обследовав брови, нос и вернувшись снова ко лбу, она толкнула его, пальчиком, выше переносицы.
— Кун-фу, да! Ладно, отпускай. Я и так из-за тебя чуть-чуть сикнула! Самую малость, но... Слушай, а две рубахи бывают просто не заменимы.
— Светка! Све...ее...тка! Как я соскучился! А раньше ты была скромнее! Таких слов, я от тебя не слышал...
— А то. Раньше ты кем был?! Мальчишкой! Угрястым тинэйджером. А сейчас — ух! Прямо дух захватило! Отпускай, да рассказывай...
Владимир поставил её на ноги.
— То, что меня в Китай закинуло, тебе известно?..
— Ага. Читала послание сестрам Костровым от Русского Географического общества. Это ты оттудова вывез?
— Что?
Света сморщила носик, почесала его кончик ладошкой, как бы в паузе, и показала пальчиком на кровать, где за балдахином возлежала силиконовая кукла.
— Это!.. Ну, когда ты был подростком, я подозревала, что у тебя могли быть фантазии, иногда, под подушкой журнальчики находила и всё такое, но это! Давай, колись, братишка, зачем она тебе, сейчас-то? Полный двор адепток! Любая согреет!
— Так тебе о Китае рассказывать или...
— Сначала об «или». Про ЭТО! Китай подождет!
— Кукла...
— Я не слепая!
— Света, ты воспитываешь меня?..
— Пытаюсь. Как-никак, я старшая сестра! Имею право!
— Неуверен...
— В том, что я старшая, что сестра? Или в том, что имею право?!
— Не уверен, что надо воспитывать.
— А в зыбке? Моя племяшка качается?
— Много вопросов и, как всегда, следующий противоречит предыдущему. На все нужно отвечать?
— А то!..
Послышались шаги, Света прислушалась. Слух её не обманывал, в светёлку кто-то поднимался. Она бросила быстрый взгляд на колыбель — зыбка плавно бороздила воздух под бормотания ребенка.
— Я что время не остановила? — удивилась она.
— Остановила, — ответил Полоз.
— А Змеюшка! Соизволили! Но, зыбка-то качается!
— Взгляни лучше на небо, Свет, — проговорил Владимир, приятельски кивнув Змею и подходя к окну.
Светлана подняла взор, такого она ещё не видела. В безоблачных небесах, к западу, висело солнце, а на востоке взошла полная луна. Между двух светил, огоньками, раскинулась звездная карта Северного полушария. Ярко светила Полярная звезда, — ковши Большой и Малой Медведиц, меж ними змеей тянулось
Письмо Пэрис Хилтон Ксении Саабчак, или Кто же на самом деле выиграл войну с Грузией?