Карабас порол Мальвине попку сейчас просто так. Ему было не за что её наказывать. Возможно, сам по себе этот факт и стал поводом для наказания. Он делал это для профилактики, так сказать. А ещё потому, что ему ужасно нравилось, как она сжимает свою маленькую нежную попочку перед каждым шлепком и как потом отрывисто взвизгивает тонюсеньким голоском, когда хлысты плётки в очередной раз ошпаривают маленький беззащитный задик.
Зажмурив глазки, девчонка закусила зубами кулачок и принимала попкой порку от своего хозяина. Всё тельце Мальвины вздрагивало, когда семь злых чёрных кожаных языков раз за разом больно лизали две мягкие и нежные девичьи булочки. А потом они опять взвивались вверх, чтобы снова обжечь белокожей девчонке её голенькую гламурную попочку.
Задик жгло, как от красного перца. Особенно в первые мгновения после очередного «поцелуя» кожаных языков. От этого девочка с голубыми волосами отчаянно сучила ножками, из-за чего её красивые кружевные рейтузики сползали всё ниже, пока окончательно не соскочили с ног и не оказались на полу.
Сучить ножками теперь стало куда легче, и она вовсю дрыгала ими и размахивала в разные стороны, хныча, крича и получая от Карабаса всё более сильные удары плёткой по голой попе. Маленькие туфельки вскоре одна за другой полетели в разные стороны. Эти движения кукольных ножек явно возбудили старого садиста, и он не замечал, как стал вкладывать в эту профилактическую порку слишком много усердия.
Из кукольных глаз Мальвины ручьём текли слёзы, она плакала и в голос кричала, а её нежную попочку продолжали безжалостно обжигать и разрисовывать расписными розовыми узорами злые чёрные языки семихвостой кожаной плётки. Вытерпеть такое гламурной красотке было не по силам.
И вот, когда плётка в последний раз обдала огненным жаром, будто смешанным со жгучим красным перцем, её ставшую давно уже ярко-розовой маленькую попку, девчонка из последних сил вскрикнула и затихла, а всё её тельце обмякло и повисло на коленях у Карабаса безвольной тряпочкой.
Он тотчас перестал её пороть. А через мгновение ощутил, как впав в обморок, несчастная выпоротая им девчонка «ошпарила кипяточком» ему колени из своей маленькой безволосой щелочки, которая всё то время, что он её порол, терлась о его упругое волосатое бедро. Сразу несколько маленьких тёплых ручейков девичьего стыда потекли по мужским голеням. Затаив дыхание, он наслаждался тем, как солоноватые струйки, вытекающие у девчушки между ног, приятно щекочут бёдра и затем неспешно стекают вниз по волосатым икрам.
Потом он зажал рукоять плётки в зубах и обеими руками приподнял Мальвину, ухватив под мышки. Её голова с огромным голубым бантом безвольно свесилась набок, а стройные ножки в одних только белых гольфиках расслабленно устремились вниз. Но Карабас смотрел сейчас не на них.
В том месте, где совершенно лысый девичий лобок тёрся о голое бедро Карабаса, на его волосатой поверхности образовалось большое круглое пятно блестящей густой смазки. Он давно подозревал, что эта маленькая похотливая извращенка возбуждается, когда её наказывают. И вот теперь он окончательно в этом убедился.
Тяжело дыша и насупив густые брови, Карабас сверлил взглядом её обильно смоченные прозрачными скользкими выделениями безволосый лобок и два белоснежных валика пухленьких половых губок. Хотя директор имел безграничную власть над своими куклами, ему, всё же, не часто представлялась возможность так вот подолгу с близкого расстояния лицезреть их интимные прелести.
Мальвина так и не приходил в себя. Маленькая золотистая капелька напоследок выскользнула у неё из щелки и потекла вниз по белоснежной коже бедра. Косматый бородач давно хотел узнать, какова же на вкус писька у этой горделивой кокетки. Но он всё никак не
Итальянская любовь