Вскоре они поменялись. Сэм лёг на кушетку и посадил Олю на свой член, а Майк вошёл в её попку. В таком виде они трахали её ещё какое-то время, не переставая награждать её шлепками и называть грязными словами. Я знал, что это особенно заводит Олю. Она была вся красная от возбуждения, её глаза горели азартом.
Я продолжал теребить свой член, и вскоре почувствовал, что кончаю. Подойдя к Оле, которую по-прежнему буравили два чёрных члена, я кончил ей на лицо. Спермы было мало, чего я и ожидал. Дважды за сутки бурно кончать у меня не получалось. Тем не менее я испытал облегчение. Оля с удовольствием облизала губы и улыбнулась мне.
Вскоре настал черёд её любовников. Сэм, чувствуя близкий конец, только ускорил темп и вскоре бурно кончил Оли в пизду. Из её щёлки полилась густая белая жидкость. Вытащив свой член, он без сил развалился на кушетке, весь мокрый от пота. Майк вытащил член из Олиной попки и скомандовал встать на колени. Оля повиновалась. Он стал трахать её в рот.
— Да, сука, белая шлюха, да, вот так, — говорил он, держа Олю за волосы, — ты же хочешь получить мою сперму в свой рот, да?
Оля кивнула, не в силах сказать что-либо. Майк усилил свой темп и вскоре весь задрожал, бурно кончив прямо Оле в рот. Его сперма была густая и белая, богатая мужским семенем. Выцедив последние капли ей в рот, он протёр пот со лба:
— Вух, это было классно, шлюха, — сказал он, шлёпнув Олю по попке, — иди, поцелуй своего муженька. Только не глотай сперму.
— Что? — возмутился я, — никогда...
— Попробуй. Ты чёртов рогоносец. Ты обязан это делать. А потом вылижи ей между ног.
Увидев в Олиных глазах сильное желание, я повиновался. Наши губы сплелись, её руки обвили мою шею, а на языке я ощутил непривычный сладкий вкус.
— Спасибо, — прошептала она мне на ушко, когда мы наконец оторвались друг от друга.
На улице раздался сильный грохот. Большой и красивый салют возвещал о том, что настало 25 декабря. Для нас с Олей этот день обычно ничего не значил. Но только не теперь.
220 вольт