это не было спланированной операцией, дабы добиться глотания. И при всех остальных эпизодах с моим кончанием ей в рот, она обязательно отлучалась в ванную, полоскала рот и только потом возвращалась.
Единственное, что мне оказалось не по нраву, когда я спал с Милой, это ее привычка засыпать под включенный телевизор. Пусть с минимальной громкостью, почти не слышный, но включенный, иначе, по ее заверениям, не могла уснуть она. Мне же требуется темнота и тишина... но ничего не поделать, пришлось пойти даме на уступки.
Утренний секс тоже присутствовал в нашем стабильном меню. Как правило, это был вагинал (тоже, помнится, в первый раз я переживал, как отнесется уснувшая всего несколько часов назад Мила к моим приставаниям и попыткам присунуть ей во сне, не выскажет ли прямо или косвенно недовольства, что не дал жаворонок выспаться сове, но нет, она быстро просыпалась и с охотой воспринимала все мои действия) и завершающий минет. Как-то раз Мила пожаловалась, что голова болит, накануне мы засиделись допоздна и выпили всю бутылку вина (обычно она оставалась недопитой), не может нормально доделать минет, и тогда я дотрахал ее классически. Что интересно, при первых трех встречах Мила требовала, чтобы ночной секс я обязательно проводил в презервативе, а на утренние спросонок забивала. При четвертой встрече, сказав, что я неисправим, махнула рукой и позволила сразу без.
... Я не знаю, когда в следующий раз буду в Москве. Может, в следующем году, когда будет поступать в аспирантуру мой старший сын. Или через год, когда настанет черед становиться студентом младшему. Но в одном я уверен. Если будем живы-здоровы, я обязательно позвоню Миле, сообщу, что приехал, она спросит, не написал ли я новых книг. Договорившись на удобный обоим вечер, я возьму бутылку вина с сопутствующими продуктами и поеду-навещу ее. И мы с удовольствием проведем вечер в интересном общении, а ночь — в приятном разнообразном сексе. Такая стабильность мне по душе! За тебя, Мила!
Старый конь борозды не испортит