Тот не отвечал, застыв почему-то оцепенело как истукан и не реагируя на её движения. Так, словно бы ждал чего-то?
«Изображать из себя распутную».
Она поцеловала его ещё раз, прижалась к нему всем телом. Презирая себя и в то же время гордясь собой, потёрлась о его пояс.
— Ты... хочешь меня?
Она облизнула почему-то вдруг пересохшие губы, глядя парню в глаза, чувствуя его тягу к ней, его желание. Правая её рука скользнула неспешно за спину, к шнуру светильника.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
«Тебе предстоит сделать выбор».
Глядя в глаза Кати, в которых вместо чистой любви отражалась смесь тревоги, заботы и почти собственнического беспокойства, он вспомнил вновь слова Шестипалого, того странного парня, с коим его познакомил Лёва на вчерашней тусовке.
Легенда московского андеграунда.
Предсказатель судеб.
«Она хочет тебя».
Одного чувака Шестипалый, по слухам, спас от авиакатастрофы, другому — помог вылечить давнюю астму. Можно ли доверять, однако, всем этим байкам?
«Но не тебя настоящего — тебя такого, каким, по её мнению, ты должен и обязан стать. Если ты откажешься измениться по её пожеланиям, она разрушит тебя и твою судьбу, разрушит, воображая, что несёт тебе благо, несёт тебе спасение через уничтожение».
Сейчас, видя твёрдые искры стального огня в глубине глаз подруги, видя, как Катя играет принуждённо совсем не свою роль, он сравнивал это почти неосознанно с чистым лучезарным блеском глаз Пользы.
И видел разницу.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Рука её, потянувшаяся было к шнуру, была на полпути нежно, но властно остановлена.
— Не надо... не надо выключать свет, — проговорил Мэлс, чуть запинаясь. — Я хочу... видеть тебя... видеть тебя целиком.
Губы его еле заметно дрогнули, будто в странной горькой иронии, как если б у этих слов был некий неведомый смысл.
Катя чуть покраснела.
«Ну да, чего ты ждала. Хотя бы самых элементарных приличий?»
Наклонив с лукавым видом головку, примерная партактивистка и отличная комсомолка слегка улыбнулась, изобразив, будто бы просьба Мэлса лишь только польстила ей.
«Секс, наркотики и рок-н-ролл. Тлетворное влияние Запада».
Приняв подчёркнуто вульгарную позу, она прижала к талии руку специфическим жестом, оттенив этим форму груди, провела ладонью по своей пояснице.
«Не страшно, Мэлс, мы всё равно рано или поздно спасём тебя».
Глаза её хищно блеснули в приглушенном свете комнаты.
«Хочешь ты того или нет».
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Парень шагнул вперёд.
Обнял её, глядя на неё с жалостью, всё ещё не будучи в силах поверить в открывшееся ему вчера. Но не будет ли чересчур поздно действовать, когда все сомнения отпадут?
«Тебе будет трудно».
Руки его обвились вновь вокруг её тела, он закрыл глаза, вслушиваясь в чужедальние ритмы, в сладкие манящие звуки. Стараясь забыть об услышанном сутками ранее, стараясь забыть о видении, что предстало ему самому, когда Шестипалый ему протянул странной формы кальян с истолчёнными иглами кактуса?
«Завтра — последняя точка неопределённости, последний миг до бифуркации. Ты можешь переиграть судьбу, ты можешь изменить виденное, но победа запросит усилий, потребует от тебя жертвы своего рода».
Минет как средство оплаты. Часть1