не виноват, это подсознательно. Не надо было так хорошо мне делать.
— Вот ты дурак.
Назвать меня дураком у нее стало вместо «Спокойной ночи».
Спал я не очень хорошо. Люда всю ночь обнимала меня и закидывала на меня ногу, попытки отодвинуться успеха не имели. Когда я проснулся, ее уже не было, а на тумбочке
лежала записка: «Это я дура».
Через два дня позвонила Юля:
— Привет извращенец. Ну что, тебе еще нравятся маленькие груди?
— Если твои, то неси.
— Вот ты придурок, принесу через два часа.
Такой я Юльку еще не видел. В длинном, светлом платье и распущенными волосами до пояса, она выглядела превосходно.
— Ничего себе! Юля, ты прямо богиня, такая шикарная женщина.
— Ой-ой. Как мы подлизываться умеем. Не напрягайся, у меня сегодня и так настроение хорошее. Как тебе мое платье?
— Класс! Мне нравится!
— Ну, так снимай. Или содержимое тебя не интересует?
В этот день сначала Юлька была в ударе, но потом ее темперамент утих, и в конце она лежала с абсолютно безразличным лицом.
— Юль, а что это у тебя настроение как-то ухудшилось? Что-то не так?
— Ты знаешь, у меня сегодня было впечатление, что ты был не со мной. Твои руки, как будто не меня трогали.
Я поразился, какие все-таки женщины бывают утонченные и чувствительные.
Страсть в библиотеке