и обложки глянцевых женских журналов на подоконнике. В ванной слышался плеск воды. Через несколько долгих минут Р.А. вышла в широком халате и с полотенцем на волосах.- А я совсем и забыла, ты уж извини, пожалуйста, – бодро сказала она, и, открыв учебник, дала делать несколько упражнений, а сама ушла в спальню.Слово “спальня” будет в нашем рассказе условным сигналом к началу любовных действий. Здесь слово берет Петр.Так вот, дав мне работу, она пошла в спальню. К черту эти занудные упражнения, подумал я. В отражении в кухонной двери я видел, как она скинула халатик, обнажив лакомое тело. Эту красоту она закрыла легким домашним платьицем с широким вырезом спереди. Я как завороженный следил, как она изгибается, видел грудь, правда вполоборота, иногда она вздрагивала, касаясь себя в нежных местах, сама того не замечая.Вдруг она повернулась достаточно резко и поймала мой взгляд. Я тут же стыдливо так наклонился над книгой, и строчки предательски затанцевали пунцовыми змейками.- Петя, что ты за мной всё наблюдаешь? – прозвучал сзади её строгий голос.Я уже открыл рот, чтобы пролепетать более-менее подходящее оправдание, как тут выпалил, сам изрядно испугавшись:- У вас изумительное тело. Такое красивое. Вы возбуждаете меня.- Не говори ерунд
?ДВА ПЕНСА? (Часть X)