А там сухо, как в пустыне. Он поплевал, повозил пальцами и пристроился. У меня уже все так натерто, что лишний раз погоды не сделает, потерплю.... Перед смертью. Я усмехнулась.
Он вцепился мне в бедра и мощными толчками стал таранить мою больную писечку. К своему стыду, я потекла. А что сделаешь, природа — мозги не хотят, но организм сам знает, что ему требуется.
Как же мало надо времени, чтобы полюбить и возненавидеть человека. Еще недавно, я купалась в его ласке, насыщаясь его любовью, а теперь готова убить, дайте только возможность, и не останавливайте меня, когда я буду вонзать в него нож. Вонзать, пока не упаду от усталости!
Кажется, он кончил. Я без сил упала на грязную постель и в который раз уже, отключилась. Проснулась от хрусткого звона стекла, казалось, во всем доме сразу, лопнули окна. А когда крикнули «Все на пол, работает ОМОН!», подскочила и заметалась по комнате, насколько позволяла цепь. И откуда только силы взялись? Рослый военный подхватил меня на руки, не давая брыкаться. Я же голая! Стыдно-то как. Второй, кусачками избавил меня от цепи.
— Вы можете сами идти?
Кивнула.
Меня накрыли покрывалом и вывели на двор, где толпились какие-то люди, и все мелькало от разноцветных мигалок.
***
Наконец-то, все закончилось. В дверях показалась Инка, в сопровождении двух омоновцев. Она огляделась, и, увидев меня, бросилась мне навстречу. Споткнулась, потеряла покрывало, и, не останавливаясь, голышом припустила через двор.
— Янушка! Прости меня! Это ты меня спас, ты! Я знала, я ждала!
Через мгновение она оказалась в моих объятиях.
— Я люблю тебя! Только тебя. Я дура, дура, дура!
Подошел врач, и заботливо прикрыв ее покрывалом, спросил:
— Вам нужна медицинская помощь?
— Что? Нет. Я хочу к своему мужу. Я поеду с ним! Забери меня отсюда, Ян, поехали... домой.
Пусть будет так