со слезами на глазах сказала Марина, чокаясь с каждым по очереди. Мы выпили за здоровье нашей ненаглядной атаманши. А потом накинулись на уху из стерляди. И она буквально таяла во рту. Не зря её называют " царской ". Я честно не ел вкуснее рыбы, карп и сом которых жарила раньше мать. Не шли ни в какое сравнение с нежным и необычайно вкусным мясом стерляди.
— После первой и второй. Перерывчик небольшой......
— захохатала поддатая Марина, пуская по кругу вторую бутылку шнапса. Мы сидели ночью на берегу реки у костра, пили немецкую водку времён войны. И закусывали её ухой из стерляди. Ночь была тёплой но безлунной. И только пламя нашего костра, освещало берег реки и часть мрачного леса. И где-то там в глубине леса, на болоте в старом блиндаже. Так же как и мы у костра, сидели призраки бойцов отряда Козина. Во главе со своим командиром. Пили похищенный у нас в погребе шнапс, при свете керосиновой лампы на потолке блиндажа. И закусывали его шоколадками для немецких танкистов.
Вот так Новый Год.