никогда не испытывала прежде. Она пугала и манила, заставляя решиться на объяснение с этим молодым негодяем. Как-то в конце занятий, Нина Николаевна, не отрывая глаз от журнала, в нарастающем шуме голосов, попросила Ступинина задержаться, чтобы занести в лабораторию демонстрационные приборы, находящиеся в учебном классе. Она прошла в смежную комнату, предназначенную для хранения оборудования. Вслед за ней, последовал Виталий, держа в руках макет прибора и оглядевшись, пристроил его на столе, спросив разрешения уйти.
– Поговорить с тобой хочу, Виталий, – обратилась Нина Николаевна к своему студенту, – что за игру ты затеял со мной ? Даже не пытайся возражать, я не девчонка и мне не нужно говорить о каких-то чувствах, возникших у тебя ко мне. И потом, мне понятны настроения и фантазии, возникшие в твоей голове на мой счёт. Должна тебе сообщить, что я замужем и то, что ты мне мог бы предложить, я имею в достаточном количестве...
– А качество Вас устраивает, Нина Николаевна? – Прервал её Виталий, – уверен, что об этом, Вы, всерьёз даже не задумывались...
– Что ты мне можешь сказать об этом, молодой человек. Неужели в свои годы ты способен чему-то научить взрослую женщину?
– Не только сказать, но и показать с Вашего, разумеется, согласия, Нина Николаевна.
– Милый мальчик, ты делаешь замужней женщине непристойное предложение и рассчитываешь на то, что я соблазнюсь этим, рискуя репутацией порядочной женщины.
– Я не разочарую Вас, Нина Николаевна, и поверьте не в моих интересах подставлять женщину в подобных делах. Всё будет касаться только нас двоих и по первому Вашему желанию прервать наши отношения, они прекратятся тут же.
– Допустим, я подумаю о твоих словах, Виталий. Разумеется, после твоего обещания не разглашать наших отношений. Возможно, я и соглашусь... и что-то позволю тебе, но лишь затем, чтобы убедиться в том, что ты здесь наговорил мне.
Виталька вернулся от двери в глубину лаборантской и взяв Нину Николаевну за руку, увлёк женщину за ряд плотно сдвинутых шкафов, набитых демонстрационным оборудованием. В образовавшемся пространстве, отделённым шкафами, стояли два учебных стола. Нина Николаевна присела на край одного из них с выжидательной усмешкой взглянула на парня, не проявляя инициативы, поощряющей его к действиям. Помедлив, она приподняла край широкого подола, освободив согнутое колено ноги, стоящей на стуле и тихо предложила парню:
– Мне следует самой что-то сделать, мальчик? Я могу...
– Нет, тётя, я справлюсь сам. Ваш лаборант сюда не припрётся или у вас с ним договоренность?
Сжав зубы, Нина Николаевна наотмашь отвесила Витальке звонкую пощёчину, отчего голова парня дёрнулась и в тот же миг, женщина была прижата спиной к столу, навалившимся на неё тяжёлым корпусом молодого пошляка.
– Пошёл вон, мерзавец! – Прошипела Нина Николаевна через сжатую полоску побелевших губ. Ты слышал, негодяй!?
– После того, как я это сделаю и ты повторишь мне это ещё раз.
– Самоуверенный наглец, пользуешься случаем... делай и убирайся, чтобы я тебя больше здесь не видела, – она сама расстегнула на себе блузку и закрыв глаза отвернула к стене голову, предоставляя себя в руки насильника.
– Так-то оно лучше, Нинок, – продвигая руку под приподнятым подолом юбки Нины Николаевны, – я могу тебя спросить?
Голова женщины безучастно была повёрнута от лица Витальки, сомкнутые ресницы скрывали выражение глаз Нины.
– Тебе нравиться грубость в сексе? – спросил парень поворачивая лицо женщины на себя.
Нина упрямо молчала, не открывая глаз, сжимая кулаки, вытянутых вдоль тела рук. Затем, проглотив комок в горле, произнесла:
– Меня муж уважает и не позволяет себе грубости со мной.
– Значит не позволяет?... А тебе хочется это узнать?
Море!!