и горячей жидкости, которую я, как хорошая девочка, конечно же проглотила.
— Спасибо — кротко глядя на водителя, сказала я, а затем торжестаующе и с вызовом взглянула на Настю. Её раскрасневшееся личико и тяжелое дыхание подтверждали, что она только что кончила, так что в этой машине оставался только один неудовлетворенный человек — я. Впрочем, Риточка вряд ли считала себя сейчас обделенной, облизываясь и наслаждаясь послевкусием спермы в своем рту...
— Ты хорошая девочка, Рита. Не хуже своей женушки — протянул обслуженный мною мужчина, и моя внутренняя девочка преисполнилась гордости. — Надеюсь, я еще доберусь и до другой твоей дырочки — добавил он, и я, покраснев, ответила, что тоже этого хотела бы, снова заставив Настю широко улыбнуться и назвать меня конченой голодной шлюхой. И я была согласна с ней как никогда.
Остаток пути мы провели в тишине и некотором смущении, и вот наконец машина остановилась, мы вышли и моему взгляду предстал небольшой придорожный отель, в котором горел свет, и из которого доносилась музыка. И что-то мне подсказывало, что в этом месте меня ждало еще много открытий о своей жене, ее сестренке и о себе самом...
Дрянь