от еды. Когда после длительного голода их освобождали. И они наевшись, умирали в страшных мучения от заворота кишок.
— Не волнуйтесь за меня тётя. Я не голодала, просто у нас в отряде не было мяса, мы ели хлеб и никто не голодал......
— ответила моей матери партизанка с набитым ртом. Марьяна с удовольствием ела вкусную говяжью тущенку и рыбные консервы. И судя по её внешнему виду, девушка явно не голодала. Не похожа она была на измученную и изнеможденную ежедневным недоеданием подпольщицу.
— Ну раз так, то тогда тебе и выпить можно дорогуша.....
— сказала Марина, и была хотела налить девушке из бутылки с российской водкой " столичная". Как Марьяна потянулась к квадратной бутылке со " шнапсом".
— Немецкая получше будет тётя. У нас в отряде только её и пьют. Нам удалось обоз фрицевский захватить с продовольствием. И в обед нам выдавали по сто грамм " шнапса".....
— сказала Марьяна и сама себе налила в стакан немецкой водки, выпила и закусила её шпротами.
— Тогда на закуривай дочка и рассказывай про себя. Как ты умудрилась в плен к немцам попасть. И на мосту утром очутилась......?
— спросила моя мать у молодой партизанки, давая ей сигарету из зелёной пачки. Если Марьяна обожала немецкую водку и тущенку. То и сигареты ей больше понравятся немецкие. Впрочем как и нам всем по душе пришлись сигареты солдат и офицеров Вермахта " Ecstein". Они были намного лучше " Мальборо " российского производства. Блоки которых валялись у нас в зале. В магазине в Захаровке, мы брали только " Мальборо " так они были качественнее чем " прима" или " Ява".
— Нет тётя, сначала вы мне про себя расскажите. Кто вы такие и откуда с вами этот полицай взялся? А потом уже и я вам про себя расскажу.....
— Марьяна вопросительно смотрела на нашу атаманшу, затягиваясь сигаретой. Я вовремя подсуетился и дал партизанке прикурить от своей зажигалки. За что получил от Светы сидящей рядом со мной за столом, тычек кулаком в бок. А Марьяна одарила меня признательным взглядом своих карих глаз. И с каждой секундой, смотря на красивое и волевое лицо молодой брянской подпольщицы. Я понимал что безумно хочу эту Марьяну.
Даже немка Ханна, белокурая валькирия, которая проснулась и сидела на диване протирая сонные глаза. Сейчас с появлением Марьяны и её перевоплощением из зачуханной партизанки одетой в линялую гимнастерку. В красивую, высокую, современную девушку из нашего времени. Так вот Ханна со своей пиздой на лобке, с появлением Марьяны, отошла для меня на второй план. Я хотел выебать молодую подпольщицу. Одетую в вещи моей матери и накрашенную как шлюха. Мы все сидели кто за столом, кто на диване, а Иван с Витьком стояли у дверей, на всякий случай прикрывая выход из дома если Марьяна захочет сбежать. За столом ела и выпивала только одна партизанка из прошлого. Мы наелись жирной ухи из стерляди на костре. И есть никто из нас не хотел. А вот спать почти все хотели, ведь ночь то у нас прошла бессонная.
— Ты забыла дочка, что ты у нас в гостях находишься и мы спасли тебе жизнь. Но ладно так и быть расскажу, сделаю тебе одолжение.....
— Марине не понравилось наглое предложение поддатой партизанки. Но она не стала с ней спорить и рассказала вкратце Марьяне. О том как мы прошли на остров посередине непроходимого болота. И из старого блиндажа попали в прошлое в сорок второй год. Где спасли немецкую лётчицу. А потом бились с немецким спецназом и сбили
Моя любовь